![Долгая навигация [Книга в четырех повестях] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/0/9/6/6/dolgaya-navigaciya-kniga-v-chetyreh-povestyah-download.jpg)
Долгая навигация [Книга в четырех повестях]
- Автор: Стрижак Олег Всеволодович
- Год: 1981
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Жанр: Морские приключения
Электронная книга - «Долгая навигация [Книга в четырех повестях]». Краткое содержание книги:
…За полтора часа Шурка облазил весь корабль. Вместе с Доктором, который заступил рассыльным, заново обтянул чехлы на шлюпках и вьюшках; сделал записи в журнале; и лишь после, достав сигарету, вышел на ют.
— Не мерзнешь?
— Да нет, — сказал Валька. Ему тоже повезло угадать на вахту, сна до следующей ночи не предвиделось. После тяжести работ, штормовой одежды он чувствовал себя в бушлатике под ремнем и в хромовых ботиночках таким легким, что хотелось танцевать.
Покурили. Стояла тишина, и только за мысом ворчало, ворчало море. Кто-то там продолжал штормовать.
В ночи, в глухой темноте лежала, подрагивая волной, их бухта.
— Уходим, — вздохнул непонятно Валька.
— Уходим.
— Жалко.
Уходили надолго. К январю в бухте встанет лед, и вернется корабль к этой стенке в июне. Шурка больше сюда не придет никогда.
— Жалко…
Жаль оттого, что внезапно, — и сколько ни ждал ты прощания с бухтой, наступает все это не так. Странно думать, что это — совсем; никогда больше бухты не будет — только в зимних встревоженных снах… А когда же и где отыграют тебе «Славянку»?
Бросив в обрез сигарету, Шура вернулся в неуютное тепло дежурной рубки, достал авторучку, раскрыл журнал и задумался, в бессилии вспомнить, что́ он должен сюда записать. Мягкая ночь текла за железными бортами, мягкая черная ночь… Четыре звонка он услышал сквозь сон; разбудил его лязг открываемой двери. Подскочил, надев бескозырку: с палубы, отряхиваясь, шагнул через комингс комдив, за ним шел Назаров.
— Черт с тобой: спишь, — рокотал бас комдива. — Стоя на вахте, сидя спишь! А доклада дождусь? Куда смотришь?
Комдив оглянулся.
— Снега не видел?
В открытую дверь пахло снегом.
На узком шкафуте, фальшборте и дальше — на палубах, стенке, крышах — белел и летел в темноте пухлый снег.
Сорванные тревогой, чумные спросонья, толкались на палубах в рыхлом снегу. «Боевой пост такой-то к бою-походу…» — «Есть питание на шпиль!» — «Потравить якорь-цепь!..»
— …Ты! Хухрик! С боцманом не попрощались!
— С Юрьевичем? — Шурка остолбенело смотрел на Кроху. За Крохой жался в одной голландке яростный и потерянный Иван. Он, очевидно, вспомнил про боцмана первым.
— А когда он сошел?
Никто не видел, когда сошел с корабля мичман Раевский. Должно быть, в те первые минуты, когда все толпились на юте вокруг Мишки.
Прошел мимо, бочком, и сошел на стенку, пошлепал по лужам на свой торпедолов, где каютка чуть больше твоего рундука и где никто не догадается развести примус и командира накормить…
— Что ж теперь? Сбегать? Спроситься?
— Когда? Уже цепь потравили. Сейчас сходню берем.
— Черт-твою так и не перетак… Женька!
Женька тащил в полутьме куда-то кранец.
— Женька! С Юрьевичем не простились.
— Ну что же вы… — Женька бросил свой кранец, снял рукавицу, вытер мокрое от снега лицо. — Что же вы… — повторил он с отчаянием. — Э!..
Наверху, на мостике, забубнило: мотористы докладывали о готовности главных машин.
— Э!.. Скотины мы все, поняли? — Женька махнул рукой, вцепился в кранец и потащил его безысходно в темноту и летящий снег.
— Не волнуйся, Шура, — сказал участливо Карл. — Письмо напишешь.
— Точно, — поддержал Лешка.
— Не расстраивайся, Шура, — сказал, переживая, Доктор. Мокрые усы его были книзу, большая канадка с надетым поверх красным жилетом делали Славу маленьким и смешным.
— Внимание! — приказал в микрофон командир.
— Ну вот, — обреченно сказал Иван.
— …Старшина первой статьи Доронин!
— Есть, — безразлично ответил динамику Иван.
— Старшина второй статьи Дымов. Главный старшина Дунай. Старшина второй статьи Дьяченко. Прибыть на стенку!
Они стояли и непонимающе глядели на динамик.
— Марш на стенку! — рявкнул Назаров.
Боясь ошибиться в догадке, рванулись, — гремя сапогами, скользя, подшибая друг друга на мокрых, заснеженных трапах…
Раевский стоял в пяти шагах от сходни, без плаща, без шинели — в кителе и новой фуражке, подняв голову, вытянув руки по швам.
От его строгого, сильного взгляда они не решились кинуться к нему, замялись, остановились и невольно выстроили шеренгу. Молчали, прерывисто дыша.