Время жестоких снов [сборник, litres]

Тот помахал в ответ.

– Твой друг? – спросила гиацинтовая стражница.

– Старший брат, – сказал Киран. – У меня их четверо, и еще три сестры.

Он сам не знал, зачем сообщил об этом, но стражница кивнула, поджав губы, – оценила, значит, величину семьи. В глубинах ее памяти что-то всколыхнулось, словно палкой потревожили донный ил. Она не из Ахимсы, а откуда-то с далекого запада – из краев, не познавших милости Великой Избавительницы. Интересно, как ее занесло в священный город?..

«Ты не об этом должен думать, – сердито приказал он самому себе. – А если в Гиацинтовой башне тебя ждет тумер из Кошмарной тысячи, что будешь делать? То-то».

Но зубастая была не против поговорить. Небрежным взмахом руки отпустила напарника, и дальше по улице Благоухающих Роз они с Кираном пошли вдвоем. Гиацинтовая башня виднелась вдалеке – не вся, верхушка утопала в низких облаках, – а за ней в туманном воздухе проступали расплывчатые очертания еще дюжины похожих башен.

– Мое имя Зои-нэ, – представилась она, подтвердив догадку: был на западе остров Хи-Брас, чьи жители носили причудливые двойные, а то и тройные имена. С этим островом во время последней войны приключилась какая-то серьезная неприятность, и очень многие, сбежав оттуда, разбрелись по всему свету. – Я здесь три года, и все никак не привыкну к некоторым… местным особенностям.

Да уж, нелегко ей приходится. Морвиты, тумеры и атмы – Киран по книгам знал, что за пределами царства Ахимса, над которым властвовал город с тем же названием, всего этого не было, но представить себе мир, живущий по иным правилам, он не мог. Да и книги скорее путали, чем разъясняли. К примеру, он так и не понял, растет ли за пределами Ахимсы живица.

Можно было спросить Зои-нэ, однако задавать чужестранцам такие вопросы считалось невежливым, почти оскорбительным, так что Киран обуздал любопытство.

– Как ты стал… таким? – спросила она, покосившись на его правую руку.

Киран машинально поднял ее и сжал кулак, ощущая привычные поскрипывание и треск туго натянутой кожи. Он давно перестал чувствовать боль – Иша с самого начала твердил, что болеть нечему, нервы отмерли и плотью теперь управляет только душа. Но время от времени Кирана охватывало странное чувство: рука, которая безукоризненно подчинялась любым мысленным приказам, была чужой. Наверное, даже искусственные конечности из живицы ощущались иначе.

– Мне повезло, – сказал Киран, глядя прямо перед собой. – Когда был совсем маленьким, я подхватил тумер, который питался моим сердцебиением. Он ослабил и замедлил мое сердце настолько, что я просто лежал целыми днями на циновке, смотрел в пололок и слушал, как за стеной шумит отцовский гончарный круг. У всех в нашем роду крепкое здоровье, так что я мог так лежать долго, очень долго… Но однажды пришел Иша и объявил, что ему указала на меня Великая Избавительница. Я стал его учеником, а когда-нибудь стану морвитом. Да, мне повезло.