Мой муж - Господин (ЛП)

— Нет, — сказала я категорично. — Спасибо. Я ценю это, честно. Но нет.

— Ну же, Дженна, — он наклонился в мою сторону, не сдаваясь. — Просто скажи, что случилось. Ты такая с тех пор, как мы уехали с озер, и я думал, что ты просто не хотела уезжать. Но тебя что-то гложет.

Я тяжело сглотнула, внезапно чувствуя себя слишком чувствительной и ранимой, чтобы скрывать это дальше.

— Я видела твои бумаги, — сказала я. — Хантингтон. Твоя мама, да?

Его губы превратились в тонкую линию.

— Поэтому я не говорю об этом, — сказал он. — И, думаю, это вполне очевидно.

— Прости, — сказала я, хорошо осознавая, что это не прозвучало так, словно мне действительно жаль. — Но мне кажется, что ты должен был сказать мне об этом. Даже если мы не были бы... — я сильно замотала головой. — Я знаю, что это не мое дело. Знаю. Честно. Но ты хотел знать, что меня беспокоит, и вот оно. Я ненавижу просто мысль о том, что ты можешь заболеть. Ненавижу неведение. Ненавижу то, что ты сам не знаешь.

— Я сделал тест, — сказал он. — Если результат имел бы хоть какое-то влияние на тебя, я бы сказал. Но, в любом случае, это не так. Так что забудь.

Я никогда не слышала такую жесткость в его голосе. Вина мгновенно поселилась в моем животе. Я не имела права на любопытство, не имела права на агрессивные вопросы о его болезни. Или ее отсутствии. Он был прав — результат не имел для меня значения. Не из-за чего было расстраиваться.

Потому что это было не по-настоящему. Мне просто нужно было приложить усилия и вспомнить это.

— Прости, — сказала я мягко, не уверенная, слышал ли он меня вообще. Он был потерян в собственном мире, в некотором роде поглощен глубокой злостью и недовольством, которые я вызвала своим глупым любопытством. — Ты прав. Это не влияет на меня. Я просто волновалась о тебе, но мне стоило держать рот на замке. Просто...

Он все еще не выдавал признаков того, что слышит меня.

— .. просто я действительно забочусь о тебе, — сказала я, наконец, мгновенно жалея о сказанном, только слова успели слететь с губ.

Бен рассмеялся и смех его был больше похож на лай.

— И так ты показываешь это? — запустив руки в волосы, он наконец поднял на меня взгляд. — Ладно. Я понимаю, что это расстраивает и шокирует. С этим тяжело смириться, да? У тебя не укладывается это в голове. А ты просто представь, как я себя чувствовал, наблюдая за смертью своей матери. Представь, как я себя чувствовал, думая, не окажусь ли на ее месте. Представь, как горько и шокирующе это было. Представь, как сложно было справиться. Есть причина, по которой я не говорю об этом, и эта причина не мои чувства или попытки казаться загадочным, или мрачным, или что еще там можно представить. А потому, что я не хочу. Не хочу думать об этом. Я справился, и на этом точка.

Слезы текли по щекам, и я не могла остановить их.

— Прости, — прошептала я снова. — Я не хотела расстроить тебя, просто...

Я просто люблю тебя. Вот и все.

Чертова глупышка. Что со мной было не так? Почему я просто не сказал этого?