Эт Сет Ра

Рашу на мгновение показалось, что это может быть сбой в программировании приемной части. Клетки могли каким-то образом мутировать во время роста в теле человека, и теперь Сет не сможет с ними соединиться так, как планировал, но все оказалось значительно проще. Когда маленький Иисус отвернулся от груди и вновь принялся истошно орать, Мария ощупала пеленку, положила его в сплетенную из соломы кроватку и отправилась в дом.

Младенец переключался то на дикий крик и плачь, то замолкал, словно все хорошо, быть может, подключение Сета вызывает в нем болевые ощущения, тогда все объяснимо. Когда Мария вернулась с новой пеленкой и принялась перепеленовывать младенца, Раш все понял. Он уже догадался, что это было обычное проявление тела человека, он был мал и неопытен, а потому не мог сдерживать свои естественные рефлексы. Сет же, пытаясь перехватить управление над всем телом, скорее только мешал его естественному обучению и накоплению опыта.

Младенец успокоился и когда оказался в сухом одеянии, принялся с усердием сосать грудь, что немало удивило Раша. Неужели Сет разобрался с управлением, и вот-вот юный мессия заговорит? Но вместо этого он услышал, как кто-то шагает по коридору в рубку.

– Ничего не вышло, – с досадой произнес Сет, обтирая тело и лицо салфетками от остатков геля. – Его тело просто не готово принять разум.

– В смысле как это не готово? Он не будет разумным существом? – удивился Раш, внезапно вспомнив старый спор с Сетом по поводу разумности.

– Будет, когда-нибудь обязательно будет, но не сейчас.

– Что-то не так с приемной частью? – продолжал допытываться Раш.

– Нет, просто недоразвитый мозг. Он ничего не умеет, тут не до пророчеств. Даже если я перехвачу полное управление, это ничего не даст.

– Почему?

– Его тело должно само научиться выполнять команды мозга. Он должен научиться ходить, говорить, выучить язык, должен уметь работать руками. Всему этому я не могу его научить, будучи в нем.

– И что же ты предлагаешь, очередной временной сдвиг?

– У нас просто нет другого выхода, Раш. Мне нужен взрослый, подготовленный к нелегким условиям жизни организм, а не заготовка человека, которая мочится в любое удобное для него время.

– Сколько у них средний возраст смертности сейчас?

– Зайлог, в каком возрасте они предпочитают умирать? – чуть громче произнес Сет, будучи уверен, что Вечные ни на секунду не оставляли эксперимент без контроля.

– Примерно в сорок лет, – моментально послышался ответ Вечного.

– Хорошо, заложим пять лет на то, что этому юноше может просто не повезти и его генетика окажется не самой лучшей для местных условий. И еще лет пять на то, что мы собираемся сделать.

– Ты хочешь оставить его вот таким? На целых тридцать лет?

– Есть возражения?

– Да, есть! Это же не Эдем, его могут убить в любом возрасте, он может умереть от болезни или голода. Давай будем хотя бы изредка его навещать.