Профессионал
- Автор: Коул Кресли
- Серия: Мастер игры #1
- Язык: русский
- Переводчик: Народный перевод
- Жанр: Любовь и отношения
Электронная книга - «Профессионал». Краткое содержание книги:
Моя самая любимая "Звёздная ночь над Роной" Ван Гога находилась… здесь. От осознания того, что я увижу её воочию, у меня закружилась голова.
Я посмотрела по сторонам, никого не обнаружив. Освещение было приглушенным.
Это только для нас? Моё недавнее раздражение превратилось в едва слышный шёпот, и мне стало стыдно за желание сломать ему пальцы.
— Подходит под "о-фи-геть"? — сухо просил Севастьян.
Я не сдержала смех.
— Ещё как! Ты превзошёл сам себя, Сибиряк! Как ты умудрился провести нас сюда после закрытия?
— Попросил об услуге. Этот музей меньше и обладает большей индивидуальностью, нежели Лувр, он куда лучше подходит для экскурсии на одну ночь. Пойдём.
Первой скульптурой оказалась прекрасная Сафо с лирой в руках и с задумчивым выражением на лице.
— Свои поэмы она сочиняла с расчётом на аккомпанемент лиры, — сказала я. — Можно сказать, она была первой поэтессой, сочинявшей тексты для песен.
Самоучка, казалось, был впечатлён.
— Ты разбираешься в древнегреческой поэзии?
— "Нельзя изучать историю сексуальности, не познакомившись с Сафо" — Натали Портер, студентка исторического факультета. По-прежнему ли мне соответствует это определение?
Возможно, стоит по совету Пахана поездить по миру, воплощая свои мечты. С мужчиной рядом…?
Пока мы с Севастьяном переходили от одной поразительной статуи к другой, я старалась незаметно за ним понаблюдать.
Я вспомнила его сосредоточенное выражение лица, когда он мыл мне голову, как сильно ему хотелось сделать всё правильно. Точно также он выглядел и сейчас, будто впечатлить меня являлось для него критически важной задачей.
На самом деле он следил за моей реакцией внимательнее, чем разглядывал саму экспозицию. Так же, как наблюдал за моим лицом — вместо оргии.
— Не интересуешься искусством? — спросила я.
— Я очарован твоей реакцией.
Неотразимый Сибиряк. Когда он говорил что-то подобное, разве я могла на него злиться?
Одним из последних экспонатов первого этажа была "Женщина, укушенная змеёй" — скульптура в натуральную величину женщины, раскинувшейся на цветочном ковре. Её роскошное тело, её округлости были навечно выставлены на всеобщее обозрение.
Но даже несмотря на эту чувственную картину, я чувствовала на себе обжигающий взгляд Севастьяна. Когда я подняла на него глаза, его взгляд потемнел, давая понять, чьи именно округлости он желает созерцать вечно.
Я уже привыкла к этому чувственному взгляду — в постели, в душе, в секс-клубе. Но в музее я ощутила некое волнение. Как тогда в баре, когда я пыталась с ним познакомиться.
Я кокетливо заправила прядь волос за ухо — ээ, могу я тебя угостить? — и пошла дальше. Мы поднялись по лестнице в молчании, задумавшись каждый о своём.
Но на втором этаже я не стала останавливаться у других экспонатов, чтобы воздать им должное, я пошла сразу к "Звёздной ночи". А потом…
Это была она. Прямо передо мной.
— Не могу поверить, что смотрю на неё.
Он молча стоял рядом со мной, позволяя наслаждаться картиной.
Виденные мной копии никогда не передавали замысловатую текстуру оригинала. Отражение фонарей в воде было передано смелыми широкими мазками. Каждая звезда представляла собой слои искусно наложенной краски, создающей на картине ощущение высоты.
Я моргнула, посмотрев на него, совершенно не представляя, сколько прошло времени. Покраснев, я объяснила:
— Это моя любимая работа того времени.
— Почему эта?
— Лодки, свет над водой… эта картина так далека от домашних полей, от всего, что я знала. В Корн Белт я никогда не видела таких оттенков синего. Для меня эти цвета были экзотикой, они манили меня. — Это не говоря уж о том, что я тайно вздыхала над парочкой на переднем плане, которые воочию наблюдали ту ночь.
Севастьян подошёл ещё ближе.
— Когда ты взбудоражена, на твоих щеках появляется ярко-розовый румянец, а на фоне огненно-рыжих волос глаза становятся ещё ярче. — Протянув руку, он намотал на палец кончик локона. — Твои цвета манят меня.
У меня вырвался вздох. Когда этот мужчина был таким, я говорила себе, что сумасшедший секс, обожающие взгляды и искренние комплименты смогут помочь мне продержаться.
До какого момента?
Пока он не будет видеть во мне партнёра, которому можно доверять.
Он отступил.
— И вновь я слишком свободно с тобой говорю. — Теперь его скулы окрасил румянец. — Как только ты рядом, я говорю больше, чем следует.