Джими Хендрикс. Предательство
- Автор: Лоуренс Шэрон
- Год: 2006
- Язык: русский
- Год: It Books
- ISBN: 9780060563011
- Переводчик: Александр Виноградов
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Джими Хендрикс. Предательство». Краткое содержание книги:
Резонируя с непосредственным присутствием и с собственными словами Хендрикса, эта книга - это яркая история молодого темнокожего мужчины, который преодолел свое бедное происхождение и расовую сегрегацию шестидесятых и превратил себя во что-то редкое и особенное.
Шэрон Лоуренс была высоко ценимым другом в течение последних трех лет жизни Хендрикса - человеком, которому он достаточно доверял, чтобы быть открытым. Основанная на их обширных беседах, большинство из которых никогда ранее не публиковались, эта яркая биография позволяет нам увидеть жизнь Джими его собственными глазами, когда он описывает свое суровое детство, его раннюю борьбу за то, чтобы стать музыкантом, и его радость от признания сначала в Британии, а затем в Америке. Он говорит о своей любви к музыке, своем разочаровании в индустрии звукозаписи и своем отчаянии по поводу юридических проблем, которые преследуют его.
Включая основные сведения из более чем пятидесяти свежих источников, которые ранее не цитировались, эта книга также является показательным расследованием событий, связанных с трагически ранней смертью Джими и тем, что произошло с его наследием в последующие тридцать пять лет.
«Я могу представить себе день, когда все материальное будет извлечено из меня, и тогда тем сильнее будет моя душа.» — Jimi Hendrix, лето 1969.
«Неопровержимое, противоречивое чтение» — Mojo
«Отлично читающийся, это увлекательный рассказ о человеке с волшебными пальцами ... который заслужил гораздо больше от жизни.» — Sunday Express
«Лоуренс стремится исправить ситуацию и восстановить истинное наследие Хендрикса .... Исправляя ложь и сохраняя факты, книга Лоуренс становится необходимым дополнением к библиографии Хендрикса.» — Chicago Tiribune
«Лоуренс ... дает представление инсайдера о конце шестидесятых и начале семидесятых. Лучшее это непосредственные воспоминания Хендрикса ... которые раскрывают человеческую сторону музыкального Мессии.» — Library Journal
«Душераздирающая история .. новаторская работа» — Montreal Gazette
«Тесные связи Лоуренс с музыкантом и ее хорошо написанное повествование делают эту книгу желанным дополнением к канонам Хендрикса.» — Publishers Weekly
От тебя потребуется вся твоя сила воли, если ты всего–лишь решишь пообедать с какой–нибудь звездой — обед остывает прежде, чем они начинают есть. Других вообще не волнует регулярность питания, они питаются исключительно пирожными. Что происходит, о чём они думают, проводя жизнь в наслаждениях и уверяя себя, что это круто? С другими ещё хуже, после этих агонизирующих обедов этому или этой, нагруженной наркотиками мисс или мистеру Знаменитости, вообще требуется помощь, чтобы выйти из–за стола и помочь добраться до лимузина или перейти улицу, произнося: "Теперь зелёный, мы можем переходить". На пике таких саморазрушительных образов жизни я была приглашена на вечеринку в один из самых чудовищно дорогих номеров нью–йоркской гостиницы Плаца. "Все из всех будут там", — предупредили меня. Одна из известнейших в те годы калифорнийских групп только что отыграла своё небрежное выступление в Мэдисон–Сквер–Гардене и пригласила всех к себе на бал; там собрались шишки разных звукозаписывающих компаний, которые сплетничали и безудержно ржали с этих полностью распоясывавшихся рок–звёзд.
В каждой из семи комнат этого номера на столах, либо на консолях под зеркалами стояли огромные чаши, доверху наполненные кокаином. Ничего похожего на домашнюю вечеринку среди своих, и этот декаданс сборища безумцев был не по мне. Я уже стала пробираться к выходу, когда услышала как две звезды из этой калифорнийской группы обсуждали с журналистом из одного музыкального журнала так называемого друга Джими Хендрикса, продюсера Алана Дугласа, который взял неоконченные записи Хендрикса, добавив приглашённых музыкантов — ударные и бас–гитару, — людей, которые никогда не играли с Джими, и сделал денег для себя, для Лео Брантона и для Эла Хендрикса.
— Дружище, это всего лишь мистификация! — сказал один из звёзд. — Хендриксу было бы наплевать на это.
Он наклонился над одной из дорожек и, вдохнув её, продолжил:
— Бизнес — жесток. Все знают, что Дуглас чуть было не стал продюсером Джими, но их дороги разошлись, ну а вот теперь он стал его продюсером. И ты действительно полагаешь, что Уорнеры издадут это дерьмо?
— Я слышал, что сын этого адвоката, Чип Брантон, тоже решил плотно заняться Хендриксом, — сказал этот репортёр. — У него есть все задатки, чтобы "продюсировать" музыку Джими.
Оба музыканта показались мне несколько обескураженными:
— Кто такие эти Брантоны?
— Отец — адвокат, — пояснил этот журналист из Биллборда, — и работает на старика Хендрикса. Полагаю, он хочет и своего ребёнка пристроить к кормушке.
Я чувствовала, как медленно меня переполняет негодование и желание выспросить подробности, но я сдержалась. Услышанного и увиденного мне хватило предостаточно.
Но все с радостью набросились от этого "заново открытого" Аланом Дугласом Джими Хендрикса. Пластинка Crash Landing, которую он спродюсировал методом наложения и наполнения в 1975 году взлетела в американскую горячую десятку, а второй такой же "продукт", Midnight Lightning, вышедший из–под ножа Дугласа, раскупался уже к концу года. В интервью Дуглас сказал, что "в настоящее время работает ещё над восемьюстами часами записей Джими, которые будут изданы в ближайшем будущем".
Лео Брантон и его клиент Эл Хендрикс должны были остаться очень довольными своим коллегой Аланом Дугласом.
Каждый хочет моих денег!
Для Эла Хендрикса настали лучшие времена. Денег, получаемых с Наследия Джими, было достаточно, чтобы купить довольно комфортабельный дом с пятью скромно обставленными спальнями и своим собственным полуподвальным этажом, в глубинах которого разместились, "были спрятаны от чужих глаз" — огромный биллиардный стол и специальный холодильник для запасов пива. Вокруг дома была большая территория с просторным гаражом и состоятельными соседями пригорода Сиэтла, Скайвей.
Именно там он познакомился со шведским сыном Джими, Джеймсом Хенриком Даниэлем Сундквистом, когда он со своей матерью, Евой, прилетел из Швеции с коротким визитом. Они сильно нуждались, как говорят, жили на пособие. Официально, шведским судом мальчик был признан сыном Джими и Брантон сообщил Элу, что ему тоже причитается некоторая доля.
— Каждый хочет моих денег! Даже если он не говорит по–английски! — вздохнул Эл, омрачённый этим известием и недовольный тем, что Ева и её сын всё время говорили по–шведски.
Когда Леон рассказывал мне о первой его встрече со своим племянником, голос его дрожал от волнения: