Ильминэ для асуров

— Мы не обсудили ещё один очень сложный вопрос — это допрос миледи Миранды, — сказал Дарелишш, глядя на Матиаса.— Всё произошло на женской половине, а значит, так или иначе, она должна была что-то знать.

— Я сам, — сквозь стиснутые зубы произнёс ирлинг, не глядя на друзей, — это моё право.

Матиас Дананг Скайрим корил себя за исчезновение Ярины. Он остро чувствовал свою вину. «Моё сердце рвётся на части от беспокойства за Ярину. Анализируя и осмысливая произошедшее, я понимаю, как был слеп и глуп. Всё пошло не так с самого начала, как только мы вошли в тронный зал, и я увидел мать. Словно маленький, бросился к ней поприветствовать, забыв даже, что рядом со мной моя птичка. Как же мне мучительно стыдно, что я ничего толком не сказал матери о Ярине. Сухое, вежливое «моя Ильминэ». С таким успехом я мог сказать — «мой зорг», «мой завр». Я же видел, что мама полностью игнорирует мою девочку. И ничего не сделал, чтобы исправить, сгладить ситуацию. Ярина сама пыталась преодолеть это море отчуждения, но натыкалась на глухую стену. Я чувствовал, что она расстроилась, но никак не поддержал её, не успокоил.

И потом, когда Ярина просила, чтобы её не селили на женскую половину: «…Хочу быть рядом с вами!», что мне стоило поселить её в своих покоях? Но эти дурацкие правила, вбитые в мою голову с рождения! «…У нас такие порядки, Ярина. Мужчины живут отдельно от женщин. Даже правители». А ведь она же не ирлинг. Почему я не объяснил отцу, что Хранящей Свет нельзя находиться отдельно от асуров? В других Домах это понимали. Я чувствовал разочарование девушки и её ощущение одиночества, когда привёл в ту позорную комнату. А ведь она мне и полслова не сказала, что ей что-то не нравится, ни в чём не упрекнула. Да наши женщины устроили бы скандал! А она только с тоской посмотрела на меня и всё.

На прощание я поцеловал её…в лоб. Идиот, о чём я тогда думал! О том, чтобы поскорее увидеть маму. О боги, как правильно, что Ярина до сих пор не стала единой со мной! Я её не достоин. Она ещё найдет себе достойного шестого асура. Ведь асура можно заменить, как сказал Лауриндиэль. И я не буду стоять у неё на пути — уйду в сторону, только сначала разыщу её. Буду валяться в ногах, вымаливая прощение. Ведь это в моём Доме она перенесла унижение от ирлингов, натерпелась страха во время похищения. Еще неизвестно, что с Яриной происходит сейчас и что ей предстоит пережить из-за моей глупости.

Я обязательно поговорю с матерью и докопаюсь до правды, какой бы ужасной она не была! Мне сложно признаться самому себе, но я чувствую, что в произошедшем есть её вина».

Портал– переход. И снова суры в замке ирлингов.

Сайранан ждал, когда Матиас выйдет из покоев миледи Миранды. Он, как и остальные асуры, в напряжении и с нетерпением ждал результатов этого разговора. «Пятые сутки допросы по кругу, поминутное восстановление событий…— размышлял дракон. — И чёткая уверенность, что без миледи здесь не обошлось. Правитель не пошёл на уступки и не разрешил опросить её. Его безграничная любовь к миледи и слепое обожание не позволяли ему трезво посмотреть на ситуацию. Значит, надежда только на Матиаса. Даже если разговор ни к чему не приведёт, оставаться здесь больше нет смысла. Таймен добился официального приглашения на Бейсман от правителя, а значит, так или иначе, после этого разговора мы отправляемся в край работорговцев. Хотя бы успеть, хотя бы найти до... Страшно даже предположить, в каких условиях оказалась наша любимая.