«И вот общественное мненье!» Клубы в истории российской общественности. Конец XVIII - начало XX вв.

В Третьем женском клубе, образованном в Москве в конце 1912 г., насчитывалось 800–900 членов, здесь читались лекции, как правило, политического и дискуссионного плана: о хулиганстве, в котором иные левые видели проявление социального протеста, о страховании, о марксизме и взглядах Льва Толстого, о дарвинизме, о Бебеле, о расколе социал-демократической фракции. На эту тему выступил популярный рабочий депутат IV Государственной думы и агент Департамента полиции, о чем не было известно, большевик Роман Малиновский, осуществивший раскол по указанию Ленина{590}. Согласно уставу, только женщины могли быть действительными членами этого клуба, но в отличие от «буржуазных» женских клубов члены-соревнователи — мужчины играли ведущую роль (об одном из них, социал-демократе Иване Мусатове, полицейский осведомитель сообщал, что он «заядлый вегетарианец»; сорок лет спустя судьба свела меня с ним, замечательным педагогом, и в разговоре выяснилось, что просто молодой Мусатов подрабатывал тогда в вегетарианской столовой в качестве швейцара). Имелся при клубе драматический кружок и кружок самодеятельных поэтов. Однажды клуб устроил платный вечер, арендовав Большую аудиторию Политехнического музея, с участием В. И. Качалова, И. М. Москвина, О. Л. Книппер-Чеховой{591}.

Упоминавшийся уже лектор-меньшевик С. Г. Сватиков в том же письме Г. В. Плеханову в 1908 г. подробно рассказал о своем общении с аудиторией одного из петербургских рабочих клубов (название клуба, естественно, не указывая), в этом клубе он читал лекции по истории России. Слушатели, сообщал Сватиков, это рабочие, соединенные «плотным цементом», число их непрерывно росло, на интересные лекции стекаются сотни рабочих. Самым ценным он считал беседы с ними, возникавшие после лекции и иногда перераставшие в дискуссии. Верх в этих дискуссиях не всегда брал лектор, встречались «неожиданно интересные люди и мысли». Случай, который Сватиков описал, наглядно обнаружил, как идеология, внушаемая лекторами — социал-демократами на историческом материале, подчас воспринималась совсем не так, как они ожидали. С преобладающим умонастроением слушателей-рабочих марксистские идеологические построения соотносились по-своему.