Туманная радуга [СИ]

— Эти сине-красные полоски… Мне кажется, или…

— Да, это цвета «Барселоны». Правда, получилось не очень похоже, потому что гранатовых ниток мне найти не удалось. Пришлось взять бордовые.

— Не понимаю, о чем ты говоришь. Красный — он и в Африке красный. Шикарные носки! Спасибо, малышка! — Тимур радостно начал натягивать свой подарок на ноги. Оба носка подошли ему по размеру, но тот, что меньше, оказался впритык. Смотрелись они на нем одновременно забавно и мило. — А свяжешь мне свитер с такими же полосками? Я буду ходить в нем на тренировки.

Вероника улыбнулась:

— Конечно! Только придется подождать. Вязание явно не входит в список моих талантов.

Они взяли поднос с тарелками, где лежали бутерброды, чипсы и куриные наггетсы, и отправились в комнату смотреть фильм. К удивлению Вероники, Тимур остановил свой выбор на романтической комедии. Причем, романтическая составляющая там явно доминировала над комедийной. Тимур терпеть не мог такие фильмы, да и она сама не шибко их любила. В голове начали возникать некоторые подозрения. Сначала эта музыка, затем фильм… Что же дальше? Но дальше Тимур не заходил. Они много целовались, лежа в обнимку на кровати, но он всегда вовремя останавливался и как ни в чем не бывало продолжал просмотр.

В фильме развернулась целая драма из ничего. Кульминация, разумеется, не обошлось без страстной сцены выяснения отношений между главными героями. Разрешив конфликт, они признались друг другу в любви, и страстный поцелуй на фоне заката под лирическую композицию дал понять, что фильм наконец подошел к концу. Вероника взглянула на Тимура, иронично улыбнулась, но тот, вопреки ее ожиданиям, выглядел предельно серьезным.

— Ты мне доверяешь? — вдруг спросил он, глядя ей в глаза.

— В каком смысле?

— Во всех смыслах. Тебе нечего бояться, когда ты со мной. Верь мне, хорошо?

— Ну-у, э-э… Ладно.

— Помнишь, как я спросил, правда ли то, что ты крикнула мне во время матча?

Вероника осторожно кивнула. «Что здесь вообще происходит??»

— Так вот. Я тебя тоже. — Тимур ненадолго отвел взгляд, то ли смущаясь, то ли по иным причинам. А затем улыбнулся ей: — Никогда не думал, что признаюсь в любви кому-то, кроме собаки.

Диего лежал у них в ногах и тихонько поскуливал во сне. Вероника была настолько сбита с толку, что только усилием воли смогла удержать концентрацию и не впасть в свое привычное в подобных ситуациях коматозное состояние. Кажется, Тимур только что признался ей в любви. Миллионы вопросов листопадом начали сыпаться ей на голову. Пытаясь прогнать прочь странные ощущения, Вероника встала с кровати и подошла к окну. Тимур сделал то же самое. Он приобнял ее за плечи, и они вместе начали всматриваться в окружающий пейзаж.