Бегущая во сне

На дорогую белую машину, подъехавшую к одному из подъездов, сразу же обратили внимание. Дедульки зашептались, с любопытством посматривая, к кому же это пожаловали дети или внуки на такой «крутой тачке». Владелец волги тоже отвлекся от починки своей «ласточки», искоса поглядывая на авто, а детвора уселась на лавке, как вороны на ветке, тыкая пальцами и восхищенно разглядывая красивую машину.

Таша несколько минут собиралась с духом, прежде чем покинуть безопасное укрытие — салон автомобиля — и выйти наружу, приковав к себе взгляды всех этих людей во дворе, а еще любопытных глаз, смотрящих из раскрытых окон и распахнутых балконов.

— Ты не передумала? — спросил Евсей, сочувственно сжав губы и сморщив лоб.

— Нет. Я должна это сделать. Ради Лизы и ради себя.

Таша глубоко вдохнула, сосредоточилась с закрытыми глазами и потянула за ручку двери. Евсей спешно выскочил из машины, приняв первый удар любопытства на себя, помог сестре выйти и усесться в кресло.

Евсей строгим взглядом оглядел всех любопытных зрителей, от чего те снова вдруг вспомнили о своих делах и перестали пялиться на «пришельцев».

Квартира Беловых была на первом этаже. Звонить в дверь даже не пришлось. Она распахнулась и на пороге показалась уже взвинченная мать Лизы в домашнем халате и с кухонным полотенцем в руках. Видимо, женщина уже успела заметить непрошенных «гостей» из окна.

— Вы как посмели сюда явиться? Я разве не предупреждала тебя, а, мерзавка? — загорлопанила она на весь подъезд, с ненавистью глядя на Ташу. Евсей сделал шаг вперед, загородив сестру. Женщина еле сдерживалась, чтобы не наброситься на девушку, но серьезный вид молодого человека все-таки заставлял умерить пыл. Из-за спины женщины показался худощавый мужчина в спортивных штанах, которые, он, по всей видимости, надел наспех только что.

— Лена, ради бога… Зайди в дом… — обратился он к жене, пытаясь оттащить ее от двери за плечо, но женщина стояла скалой.

— Прошу вас! Дайте Таше сказать! Ей было не просто сюда прийти! — вежливо заговорил Евсей, взывая к разуму разгневанной дамы.

— Уходите сейчас же! Не хочу ничего слышать от этой… — женщина с трудом, но сдержала очередное ругательство. Все-таки вежливый тон и опрятный вид Евсея в деловом костюме действовал на нее усмиряюще.

— Пожалуйста! Это очень важно, — выговорила Таша, с трудом дыша и боясь даже взглянуть матери в глаза.

— Нет. Уходите!

Женщина была неумолима. Ее голос стал тише, а скулы перекосились — она готова была разрыдаться, поэтому поспешила закрыть дверь.

— Пусть отец не рубит калину! Когда она зацветет, Лиза к вам вернется! — отчаянно выкрикнула Таша, пока дверь не захлопнулась перед ними. В подъезде повисла тишина. Дверь снова открылась. Мать Лизы побледнела, уронила тряпку на пол и стала медленно сползать по лудке. Муж подхватил ее под руки, Евсей тоже бросился помогать. Они отнесли женщину в полуобморочном состоянии на диван. Таша осталась в подъезде, не зная, что делать.