Отец республики. Повесть о Сунь Ят-сене
- Автор: Матвеева Галина Сергеевна
- Год: 1975
- Язык: русский
- Год: Политиздат
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Отец республики. Повесть о Сунь Ят-сене». Краткое содержание книги:
Художественно-документальная повесть «Отец республики» — первый самостоятельный опыт Г.Матвеевой в прозе. Герой ее — Сунь Ят-сен, китайский «революционный демократ, полный благородства и героизма», предстает перед читателем в борьбе за независимость и процветание своей родины. Друзья и враги, победы и поражения, любовь и ненависть — все, что сопутствует его мятежной жизни, вписано автором в панораму Китая конца XIX — начала XX века.
— Цин-лин! — позвал он. — Где ты там? Чэнь Ю-жань уже приходил?
— Нет еще.
— Посиди со мной немного, я, видно, устал, хочу прилечь. Нет, не в спальне, а здесь, на диване.
— Тебе нездоровится? — с тревогой спросила она, вглядываясь в его осунувшееся лицо.
— С чего ты взяла?
— У тебя такой вид… — Цин-лин заволновалась, тонкий, едва заметный румянец окрасил ее щеки.
— Я чувствую себя превосходно, если не считать некоторой усталости, — твердо ответил он, глядя ей прямо в глаза. Неожиданно он предложил: — Хочешь я расскажу тебе о Лу Хао-дуне?
Цин-лин села рядом, старалась сосредоточиться, но не могла. Однако понемногу рассказ ее захватил. Поплыл перед глазами старый Гуанчжоу, вставали смутные образы людей, окружавших тогда Сунь Ят-сена: милые сердцу доктор Кэнтли и его жена, Чжэн Ши-лян, Тао Сань-го, Лу Хао-дун…
— Ты помнишь, дорогая, день, когда впервые пришла ко мне в Токио? На стене у меня висела картинка — мальчик на берегу реки. Так вот, это Лу Хао-дун когда-то изобразил меня. Где тот рисунок? Да в моих бумагах, я с ним никогда не расстаюсь… Лу Хао-дуна держали в плавучей тюрьме. Зверски пытали, но он никого не выдал. Так и погиб, не разомкнув губ. — Сунь умолк. Отвернувшись от него, Цин-лин беззвучно плакала.
Резко зазвонил телефон. Цин-лин подняла трубку. Это был Чэнь Ю-жэнь. Голос у него был встревоженный. Он только что получил из Шанхая и Гонконга партию газет. В них открыто пишут, что кантонский купец Чэнь Лянь-бо намерен поднять купеческие вооруженные отряды против кантонского правительства.
— А ну-ка, дай мне трубку, Цин-лин. Алло, Чэнь Ю-жэнь? Что вы сказали? Так, так. Купеческая полиция… Пароход с оружием? Я немедленно выезжаю в порт.
Цин-лин не хватило духу противиться этой поездке.
Длинное серое судно стояло на рейде. В таможенной конторе Сунь сразу увидел Чэнь Лянь-бо, разъяренно потрясающего какой-то бумагой перед носом невозмутимого чиновника. За ним возвышалась фигура Ху И-шэна, брата Ху Хань-миня. При появлении Сунь Ят-сена господа нимало не смутились; отвесив ему вежливые поклоны, они продолжали настаивать на выдаче военного груза. Сунь Ят-сен сделал знак чиновнику пройти в другую комнату. Чиновник подтвердил, что лицензия на ввоз в город оружия у Чэнь Лянь-бо имеется. Подлинная, с правительственной печатью, однако дело в том, что она войдет в силу только через сорок дней, как обговорено специальным пунктом. Кроме того, количество оружия на пароходе не соответствует цифре, проставленной в документах.
Не будь звонка Чэнь Ю-жэня, Сунь Ят-сен, пожалуй, решил бы, что здесь пахнет контрабандой. Но дело, кажется, оборачивалось гораздо серьезнее.
— Похоже, — высказал свое подозрение чиновник, — что лицензию собирались использовать дважды: сегодня и еще через сорок дней. Предъявитель явно рассчитывал, что мы не обратим внимания на дату.
— Груз конфисковать! — распорядился Сунь. — В случае осложнений дайте знать мне лично, вот номера телефонов.
Сунь Ят-сен уже садился в машину, когда из конторы поспешно вышли Чэнь Лянь-бо и Ху И-шэн. Они что-то закричали и побежали к машине. Впереди коротконогий, приземистый, но очень подвижный Чэнь Лянь-бо, за ним рослый, неповоротливый, на несгибающихся ногах Ху И-шэн. Смерив взглядом расстояние до ворот, Сунь круто повернулся на сиденье и крикнул шоферу: