Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Только теперь я заинтересовалась, кто же, собственно, издавал Эву Марш? Раньше это мне как-то не приходило в голову. Схватив имевшуюся у меня книгу, я глянула на название издательства.

Это же надо — «Гратис»! Я с ними когда-то сотрудничала. Они хоть и честные издатели, но, как истинные бизнесмены, не упустили случая урвать у меня кругленькую сумму, что не составило им никакого труда. Небось и с Эвой обходятся так же, хотя, может, она поумнее меня. В любом случае ее книги просто обязаны у них быть, а ко мне они должны относиться с пониманием учитывая прежнее сотрудничество. Наверняка не в их интересах настраивать меня враждебно…

Позвонила, договорилась о встрече и поехала.

У них действительно нашлись книги Эвы Марш, но самые-самые последние экземпляры, раскопанные буквально на дне склада, и только для меня! Чуть ли не плача расстались с бесценным сокровищем, вручили мне четыре книги и простились, рыдая, словно я не книжки у них взяла, а выдрала живьем печень и селезенку.

Тут уж я не выдержала.

— Раз уж такая ценность, тогда почему же панове не шлепнут новое издание? Или хотя бы допечатку старого?

Оба пана смутились. А чего тут смущаться? Я ведь не спрашивала их о чем-то неприличном или интимном, не выпытывала признаний в нарушении уголовного кодекса. Они переглянулись украдкой. И принялись, запинаясь, бормотать:

— Видите ли, это не так просто…

В их путаных объяснениях мелькали типографии, базы, оптовики и прочая дребедень книжно-издательского дела. Особенно часто слышалось «книготорговцы».

— А что книготорговцы? Они у вас глухие и недоразвитые?

— Ну вы же сами знаете, какие это безответственные люди… Такие убытки из-за них…

Я удержалась и ни словечка не промолвила об убытках, которые якобы именно я в свое время причинила издательству, а на деле спасла от банкротства, о чем стало известно только много лет спустя. В данный момент я не думала о себе, меня интересовала Эва Марш.

Я выдвинула им предложение, раз такие сложности, отказаться от Эвы Марш, переключиться на других авторов, добавив, что Эву Марш каждый примет с распростертыми объятиями.

И тут, похоже, угодила в их слабое место.

Опять принялись бекать и мекать, упоминать о трудностях заключения договоров с авторами, о бешеной рекламе, на которую уходит тьма денег, а без рекламы ни один автор не продастся.

Они с трудом выдавливали из себя аргументы один глупее другого, и мне стало ясно, что охотнее всего они бы меня выставили, то есть я хочу сказать — вышвырнули за дверь, но как-то неловко все-таки. Однако на всякий случай я попрочнее уселась на сумке с четырьмя добытыми книжками. И постепенно начала догадываться — да ведь у них нет договора с Эвой! Интересно, кто порвал договор, она или они? Может, слишком нажали на нее, эксплуатируя сверх всякой меры, она возмутилась и отказалась подписать новый договор? А они не могли составить новый на приличную сумму, не желая сознаться, что старый был копеечным. Тогда сразу стало бы ясно — столько лет ее водили за нос! А вдруг она бы потребовала возмещения убытков задним числом или еще чего-нибудь в этом роде?