Мавританская ведьма (СИ)
- Автор: Хольбейн Вольфганг
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Мавританская ведьма (СИ)». Краткое содержание книги:
Если она вернется.
36.
Решающей битвы с Ольсбергом не произошло. Он не пришел.
Было около восьми, когда она прибыла в условленное место, почти ровно за час до наступления темноты, но единственное, что там было, - это обгоревший дуб, торчащий в небо, как гигантский хрящевой палец.
Она вытащила машину как можно дальше по правой стороне дороги, не поцарапав краску на подлеске, выключила двигатель и позволила крыше откинуться назад. Ее руки слегка дрожали, когда она вынула сигарету из пачки и щелкнула зажигалкой. Теперь она совсем не боялась; ее конфронтация с тем, что вошло в стадию, когда страх больше не допускался. Каким-то образом оно приобрело другое, более ужасное качество по сравнению с прошлой ночью. Игра стала серьезной. Банши-Стефан надоела безобидные шалости; это было серьезно. Тем не менее, она не боялась. Но она была обеспокоена больше, чем когда-либо.
Всю дорогу отсюда она пыталась придумать план действий, но у нее ничего не вышло; напротив. С каждой пройденной милей ее замешательство росло, пока она, наконец, не задалась вопросом, какого черта она здесь делает.
У нее не было иллюзий: вероятность того, что она добьется чего-либо, кроме раздражения Олсберга, была где-то около нуля. Но, может быть, этого было достаточно. Спор между ней и Олсбергом обострился за последние несколько дней, и момент, когда одному из них пришлось сдаться, был не так уж и далек. И Лиз не хотела быть такой. Тем не менее, у нее было очень неприятное чувство, когда она затушила сигарету, закурила новую и посмотрела на часы. Десять минут - десять веков. Но что ж, ожидать от Ольсберга пунктуальности, в конце концов, было бы чересчур. Она даже не была уверена, что она вообще хотела, чтобы он пришел.
Она закончила курить и эту сигарету, щелкала ею после первой, затем третьей, четвертой и пятой, пока пачка не опустела, а небо стало ясно серым.
Наступили сумерки, но не Ольсберг.
Лиз нервничала все больше и больше. Она не была уверена, хочет ли она вообще видеть Ольсберга, но тот факт, что он не появился, только усилил ее беспокойство. Он был таким серьезным, чертовски серьезным. Если он не пришел, это значило ... Да, что?
Лиз в беспомощном гневе сжала кулаки. Что с ней случилось? Она больше не могла думать, потеряла счет. Она вдруг почувствовала себя персонажем романа, автор которого потерял нить. Она слепо шла туда-сюда, делая вещи, которые, казалось, не имели смысла, и в ее памяти были пробелы, нет, огромные дыры, зияющие черные бездны, в которые упали все жизненно важные вещи, которые она забыла. Стефани. Что-то случилось со Стефани. Стекло. Вино, которое текло кровью по ее руке, и книга, номер, может быть, свидание, и что-то с дверью, за которой ...
Боже великий, что это было? Не только наркотик. Что-то парализовало ее мышление, что-то, что было в Эверсмуре, но все еще работало здесь. Глушитель работал, и она все еще находилась в пределах досягаемости. Почему не приехал Ольсберг? Что значило его отсутствие? Что он ее переехал?
Едва. Забывать? Это было еще менее вероятно.
Черт, она узнает. Теперь.
Она завела машину, сердито нажала на педаль акселератора и рванулась с вращением колес.
Ее раздражение превратилось в явный гнев, пока она не добралась до города. Она проехала всю дорогу по главной улице, сделала разворот в конце города и припарковала машину перед магазином Белдерсона без особой причины, просто по привычке. Она всегда здесь парковалась. (Но определенно была причина. С Белдерсоном было что-то такое ...) Внезапно ей пришло в голову, что она даже не знает, где искать Ольсберга. Она не знала, где он живет, это было так банально. Некоторое время она просто стояла с включенным двигателем, так крепко сжав руль, как будто это была ее последняя остановка на самом деле. Она наблюдала за несколькими людьми на улице. В них не было ничего особенного, ничего бросающегося в глаза, ничего чрезвычайно негативного или странного. Даже их одежда в основном не отличалась от одежды жителей Гамбурга, Франкфурта или любого другого города. Конечно - на мужчинах были тяжелые черные рабочие куртки, а лица и руки женщин, возможно, были немного грубее, но эти различия были минимальными; Нюансы, не более того. И все же она чувствовала враждебность, встретившую ее. Как стена.
Почему? она думала. Почему эти люди меня ненавидят? Что я с ними сделал Конечно, она не могла найти ответа на этот вопрос. Может, их и не было. Возможно, то, что она считала ненавистью, было не чем иным, как осторожностью, осторожностью, которую эти люди показали ей - или, скорее, мир, который она представляла, мир снаружи . Возможно, Стефан был прав, а она ошибалась, и ей пришлось пойти на компромисс и адаптироваться.
Но слово «компромисс», подумала она, означает не что иное, как сдаться. По крайней мере, в той форме, в которой это понимал Ольсберг. Ольсберг. Что-то было о ... О, черт возьми. Она уже начинала забывать, зачем она здесь! Ей нужно было спешить. Ваше время было на исходе. Обратный отсчет: Х минус день и несколько часов. Она снова заколебалась. Олсберг не хотел встречаться с ней здесь, в Шварценмуре, и, похоже, у него была для этого чертовски веская причина, но он не появился в согласованном месте встречи. Может, она доставит ему неприятности, если спросит о нем, но, черт возьми, какое ей дело? Еще ей очень нужна была сигарета.