Сам себе клан

— Нормально, — сказала она. — Кормят неплохо, дают гулять по часу в день. Общаться ни с кем не дают, даже с другими девчонками… Рассказывают только, что скоро ты меня заберешь. Ты скоро меня заберешь?

— Очень скоро, — сказал Ломтев, но его мог зацепился за другое. — Я постараюсь. А сколько тут других девчонок?

— Десять или пятнадцать, я не знаю. Говорят, что это госпиталь, но они не очень-то похожи на больных.

— Ты тоже не похожа на больную, — сказал он. — А скоро ты будешь не только абсолютно здоровая, но и рядом со мной.

— Угу, — и по голосу стало понятно, что она ему не верит. — Конечно, папа.

— Очень скоро, — повторил он.

Он долго ждал этой встречи, он много сделал, чтобы эта встреча состоялась, но теперь он почти уже жалел об этом. Одно дело — знать, что с дочерью все в порядке, и что они скоро увидятся, и совсем другое — увидеть ее на какой-то короткий миг, после чего снова оставить ее здесь.

В чужом мире, у чужих людей.

Практически в тюрьме.

Совсем не то, чего хороший отец желал бы для своей дочери.

Она промолчала, когда он поцеловал ее в лоб, встал со стула и шагнул к двери. Никакой истерики, никакого заламывания рук, никакого "папочка, не оставляй меня здесь".

Все это мысленно Ломтев представил себе сам.

Он протянул руку к двери, вспомнил, что с этой стороны нет ручки, отчего сходство с тюрьмой только усиливалось, и дверь открылась, и, разумеется, великий князь обнаружился сразу за ней.

Ломтев вышел в коридор, оставив дверь открытой.

— Знаешь, папа, у меня такое чувство, как будто я вижу тебя в последний раз, — ровным голосом сказала Ирина.

— Нет, он непременно еще зайдет, внучка, — подмигнул ей Менщиков. — Негоже оставлять такую красавицу одну.

Ломтев подавил желание врезать кулаком по его довольной лощеной роже прямо сейчас.

Великий князь аккуратно закрыл дверь и посмотрел на Ломтева. На его губах все еще играла легкая улыбка.

— Ну что, убедился? — спросил он.

— Убедился, — сказал Ломтев.

— Твоя?

— Моя.

— Будешь вести себя хорошо?

— Разве ж я плохо себя веду? — спросил Ломтев.

— Это как посмотреть, — сказал великий князь. — Ты кулачки-то разожми, если контролировать силу до сих пор не научился. Давит.

— Давит?

— Не сильно, — сказал великий князь. — Девочка твоя молода и здорова, мальчики в броне, а я вот старенький, мне такие нагрузки не нужны, нес па?

— Извини, — сказал Ломтев, с трудом разжимая кулаки. Видимо, она на самом деле себя не контролировал.

— Так-то оно лучше, — сказал великий князь. — Видишь, с девочкой твоей все нормально. О девочке твоей заботятся.

— Вижу, — сказал Ломтев.

— И если ты будешь хорошим мальчиком, то ваша семья скоро воссоединится.

Ломтев прикинул длину коридора, посчитал общее количество одинаковых дверей, камер наблюдения и постов охраны.

И у него в голове все наконец-то сложилось.

— А остальные? — спросил он.

— Какие остальные?

— Тут слишком много систем безопасности на квадратный метр, — сказал Ломтев. — Только не говори, что это вы одну мою дочь так охраняете.