Прозрачная река. Часть1. Побег

– Кост слишком болтлив. Так что ты хотел, Чен? Не из-за того ты меня поднял, чтобы поговорить об иллюзиях?

– Пойдем в мой фургон. Не хочу, чтобы нас кто-то услышал.

Чен опустил все шторы и только после этого зажег в кухне свет.

– Непривычно путешествовать без Вэна. Хочешь чего-нибудь выпить? Отвар брусники или малины? Брат любил малину… – Чен сел к столу и задвинул дверь отсека. – Говори тихо. В конце фургона спят Хо и Имина-чин.

– Твой брат болен, но ты его уже хоронишь. – Рик сел напротив и подпер голову ладонью. – Он непременно вернется. Недели через две. Крайний случай – месяц. Только не бросайся сразу в его объятия. Женщины не любят отпускать таких безотказных мужчин. Скорее всего, он попытается тебя разжалобить. Если не получится… Просто будь осторожен.

– Думаешь, он не раскается? Не осознает?

– Есть определенный мужской психотип. Слабый, нуждающийся в матери. Эта женщина… Глубинные пласты его сознания видят в ней мать. Поэтому он идет на все, лишь бы остаться с ней рядом. Раньше он просто отдавал деньги. Расплачивался за иллюзию. Ты потворствовал. Все было хорошо. А сейчас ему пришлось выбирать. И он выбрал не тебя, Чен.

– Но он точно вернется? Я с ним поговорю!

– Ага. – Зевнул Рик. – Так что ты хотел еще?

– Мне нужно подготовить все бумаги к будущей проверке. Весь завтрашний день мы проведем в дороге. Поможешь?

– Помогу. Что еще?

– В первом городе по пути следования живут достаточно просвещенные люди. Все-таки, столица близко. Было бы неплохо показать им голосовой спектакль. Ну… будет здорово, если ты станцуешь. Сцена там хорошая.

– Что важнее? Бумаги или спектакль? И то, и другое отнимет много времени. К тому же у Кармель неустойчивая психика.

– У всех артистов с психикой проблемы. – Махнул рукой Чен. – Вечно на что-то обижены или в кого-то влюблены.

– Этот спектакль – тонкая грань между любовью и темной стороной жизни. Я не хочу, чтобы девушка меня преследовала или, наоборот, отторгала. В том числе поэтому, господин Чен, мне приходится так много времени проводить с Юши.

– Я с ней поговорю. Придумал ставить ребенка барьером между собой и девушками?

– Точно. Хорошо, что мальчик не понимает некоторых условностей, принятых в обществе.

– Понятно. Сам не боишься сплетен?

– Нет. – Улыбнулся Рик. – Я пережил многое. Но о чем ты еще хотел мне сказать?

– Парень… – Чен посмотрел своему танцору в глаза. – Мне кажется, нет никакой секты. Но с недавних пор зашевелились какие-то недовольные… Я говорил с одним человечком.

– Что ты хочешь сообщить именно мне?

– До твоего появления в труппе нас никто не замечал. Не было никаких проблем. Да, мы были бедны, знали свое место, и все было спокойно.

– Мне уйти?

– Нет! Рик… Если тот, которого рисовал Юши, тебя узнал… Что ты скрываешь в своем прошлом, танцор? Мне надо знать, к чему готовиться!

– Я – принц великого заморского государства. – Без тени улыбки сказал Рик. – Мой Король меня ненавидит, поскольку до сих пор чувствует во мне соперника, и никогда не оставит в покое, пока не придумает, как пристойно растерзать. Однако, я от него сбежал. Кроме меня, по другим странам разбежались его враги. Если они начнут меня преследовать, я буду драться.