Трудности перевода. Воспоминания
- Автор: Чуркин Виталий Иванович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Абрис/Олма
- ISBN: 978-5-00111-537-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Трудности перевода. Воспоминания». Краткое содержание книги:
Опыт работы переводчиком в начале карьеры, по словам автора, помогал ему всю жизнь. Молодой второй секретарь Посольства СССР удивил Америку, когда с достоинством противостоял Конгрессу США на слушаниях после аварии на Чернобыльской АЭС. Руководил пресс-службой МИД в переломный и трудный для нашей страны период. А потом, по собственному выражению, ему в буквальном смысле пришлось пересесть в бронетранспортёр Специального представителя Президента России на Балканах, где шла кровопролитная война.
Вершина карьеры суперзвезды мировой дипломатии — трибуна ООН. Мастерство, ум и твердость Виталия Чуркина ценили не только его единомышленники, но и оппоненты. Он успел поставить точку в своей книге: «…открывалась новая глава в истории ООН». Но уже без Виталия Чуркина.
Всё-таки куда важнее титула были те ориентиры, которыми собирался руководствоваться Кофи Аннан. Из моей первой же беседы с ним в самом начале его «второго пришествия» стало ясно, что представление Кофи Аннана об истоках, характере сирийского кризиса и путях выхода из него оказались куда более объективными и многомерными, чем у лаговских «радикалов». Он отказывался впадать в антисирийскую риторику, попытался выработать свою программу урегулирования. Такая линия вызывала трудно скрываемое раздражение западников, но прямо бросить ему вызов они не могли: как бывший Генеральный секретарь ООН и лауреат Нобелевской премии мира Аннан обладал немалым международным авторитетом.
Вскоре спецпосланник представил свои первоначальные предложения из шести пунктов (так называемый «план Аннана»). Не без давления России он был принят сирийским руководством, а затем поддержан Советом Безопасности ООН (в заявлениях председателя от 21 марта и 5 апреля 2012 года).
Политические положения «плана Аннана» сформулированы в самых общих чертах. Сирийскому руководству предлагалось взять на себя обязательства работать с посланником в рамках открытого для всех политического процесса с целью удовлетворения законных устремлений и чаяний сирийского народа. Для этого назначить уполномоченного представителя по получении соответствующей просьбы со стороны посланника. (То есть сам политический процесс предстояло ещё наполнить конкретным содержанием — таким образом, Аннан дистанцировался от ультимативных предложений ЛАГ.)
Более детально были выписаны положения, касающиеся проблем безопасности. Ставилась цель прекратить боевые действия и в срочном порядке добиться эффективного и отслеживаемого ООН прекращения вооружённого насилия во всех его формах всеми сторонами для защиты гражданского населения и стабилизации положения в стране.
Правительству Сирии предписывалось немедленно прекратить переброску войск к населённым пунктам и применение тяжёлых вооружений в таких пунктах, а также начать отвод военных сил и средств, сосредоточенных внутри и вокруг населённых пунктов, при этом посланник обязался добиваться принятия аналогичных обязательств оппозицией.
Довольно подробным оказался и гуманитарный блок «плана»: обеспечение своевременной доставки гуманитарной помощи; ускорение освобождения произвольно задержанных лиц; обеспечение свободы передвижения по всей стране журналистов; уважение свободы ассоциаций и права на мирные демонстрации.
Ключевым для реализации «плана Аннана» было, конечно же, прекращение насилия, которое ежедневно уносило десятки жизней.
Развивая свой план в части, касающейся прекращения насилия, Аннан призвал установить режим прекращения огня начиная с 10 апреля 2012 года (что поддержали в заявлении председателя Совбеза 5 апреля). Одна из проблем заключалась в том, что ООН ещё только предстояло создать механизм наблюдения за прекращением огня, который отсутствовал после вывода из Сирии наблюдательной миссии ЛАГ. Его создание превратилось в объект сложного маневрирования, а порой и столкновений в Совете Безопасности ООН. Во-первых, западные члены давали понять, что будут готовы рассмотреть предложение Генсекретаря ООН по созданию такого механизма только в случае прекращения всеми сторонами вооружённого насилия. Таким образом прекращение огня, которое вступало в силу 10-12 апреля, должно было соблюдаться без какого-либо международного контроля, что серьёзно уменьшало шансы на его «выживание». Хотя в отдельных районах Сирии боевые столкновения прекратились, очень скоро западные страны обвинили Дамаск в срыве перемирия. Во-вторых, для развёртывания ооновской миссии наблюдателей необходимо было принять резолюцию СБ, проект которой западники стали привычно «нашпиговывать» жёсткими антиасадовскими формулировками. Мы же считали исключительно важным, чтобы развёртывание ооновской миссии наблюдателей всё же состоялось, поскольку, по нашей оценке, только она могла дать шанс на получение более объективной оценки обстановки с мест и в конечном итоге добиться прекращения огня. В этих условиях 14 апреля в своей резолюции 2042 Совет Безопасности дал санкцию лишь на развёртывание передовой группы невооруженных военных наблюдателей численностью до 30 человек. Помимо своего практического значения, резолюция имела серьёзный политический эффект — она сигнализировала о возможности единства Совета Безопасности в сирийских делах. Хотя боевые действия в Сирии продолжались, мы воспользовались позитивной динамикой и выдвинули проект резолюции о создании полномасштабной миссии по наблюдению в Сирии численностью до 300 человек. Соавторами документа, принятого 21 апреля 2012 года как резолюция 2043, стали Китай и даже ряд западных членов Совета. Несмотря на то, что мандат миссии ограничивался всего 90 днями, положительная динамика работы в Совете нарастала, и Россия получила в ней центральную инициативную роль.