Чаша Отравы. Книги 1-7 [Компиляция]

- Не просто. Но старые друзья помогли и в этом. Самым трудным было перегнать гравиплан из столицы в предместье. А дальше уже проще.

Я осмотрел машину, заглянул в кабину, и даже посидел за управлением, борясь с искушением запустить двигатели и отправиться в путь немедленно. Но спешить сейчас было нельзя. Отослав Рэда отдыхать, я вернулся к себе в домик. Косые лучи солнца проникали в широкое окно, борясь с надвигающимися сумерками в углах комнаты. Пахло смолой и терпкой хвоей. На широком топчане, покрытом шкурами, лежала Юли и, кажется, спала. Я бесшумно приблизился к ней по дощатому полу, осторожно опустился рядом. Долго всматривался в бесконечно дорогое, знакомое до мельчайших чёрточек лицо. В уголках её глаз и между бровей залегли глубокие морщинки – следы пережитых ею испытаний, страданий и боли. Но теперь всё было позади. Судьба, трагически поломавшая всю нашу жизнь, снова улыбнулась нам, возвратив надежду на счастье и любовь.

После освобождения из лагеря, Юли считала чудом нашу с ней встречу, и я готов был согласиться с ней, слушая рассказ о злоключениях, выпавших на её долю. В тот трагический момент, когда продажная пуля Ена Шао пронзила её тело, пройдя навылет через левый бок, и когда я считал Юли потерянной для себя навсегда, испытания её только начинались. Бесчувственную и истекающую кровью, её бросили в подвал виллы Наоки, как ненужную вещь. И только крепкое здоровье, взращенное многолетними занятиями спортом и сильная наследственность, заботливо очищенная генными инженерами ПОТИ – этими стражами чистоты и здоровья человеческого рода Земли – не дали ей тогда погибнуть. Обнаружив, что она жива, приспешники Наоки не стали её добивать. Они отдали её Ену Шао. Он почему-то тоже пощадил её и отправил полуживую в лагерь смерти для политических заключенных. Здесь сердобольные женщины-заключенные заботливо выходили Юли, залечив её физическую рану, но её душевные раны им вылечить, оказалось не под силу. Бесконечная череда унижений, издевательств и страданий наложили неизгладимый отпечаток на внутренний мир моей любимой, но всё же они не сломили её окончательно. Искра надежды теплилась в её сердце, согреваемом неугасимой любовью ко мне.

Тень смерти, коснувшаяся нас обоих, не смогла заглушить в нас страстный родник жизни, который продолжал биться в наших сердцах. Багровые сумерки должны смениться новой зарёй, а раз так, значит, никому не под силу будет разлучить нас и впредь!

Полный этой уверенности, я осторожно тронул волосы Юли, легонько погладил её по впалой щеке. Моё прикосновение разбудило её. Она зажмурилась, поворачиваясь на спину, и сладко потянулась. Посмотрела на меня ещё сонным, но лучистым взором. Я окунулся в её глаза, игравшие янтарём. Спросил:

- Как ты себя чувствуешь, малыш?

- Хорошо, - улыбнулась она. - Который час?

- Уже вечер.

- Правда? Значит, я проспала полдня, а ты даже не разбудил меня? - нотки укора проскользнули в её голосе.