Весь Браун Картер в одном томе

— Мне это любопытство кажется странным и даже нездоровым, — сказал он, как бы размышляя. — Через шесть месяцев после своей смерти Род Блейн внезапно становится очень важным для целой группы людей, которые нисколько не думали о нем, когда он был жив! Вы знаете, что меня больше всего возмущает во всем этом? Чудовищное пренебрежение к таланту. В сегодняшнем мире слишком много скучных и тупых людей, так можно ли бросаться такими яркими талантами, как Род Блейн?

— Это как раз один из вопросов, на который я ищу ответ, — сказал я. — Была ли смерть Блейна случайностью или же он специально покончил с тем ярким талантом, о котором вы только что говорили, Стив?

Дуглас слегка нахмурился:

— Не хотите ли вы сказать, что он покончил с собой?

— Это предположение уже высказано довольно многими людьми.

— Это смехотворно! — Дуглас раздраженно задвигал плечом. — Род! Эти торговцы плотью, по-видимому, лишились остатков ума! У Рода Блейна было все, для чего стоило жить. Через десять лет весь мир был бы у его ног. Хотя его талант еще полностью не созрел, он был почти гениален. Как человек в таком положении мог думать о самоубийстве?

— Может быть, вы и правы, — сказал я. — Как вы впервые встретились, Стив?

— Я открыл его, — ответил Дуглас скромно. — Я был первым человеком, который осознал фантастическую глубину его нераскрытого таланта и сделал все, чтобы мир увидел его. Если я и не совершу в жизни ничего другого, — мне есть что вспомнить!

— Вы хотите сказать, что открыли его раньше Джерома Кинга? — спросил я.

Дуглас снисходительно улыбнулся:

— Дорогой Рик, я сделал все, что только возможно, чтобы Джером Кинг обнаружил его!

— Я изумлен тем, что услышал от вас, Стив, — сказал я искренне. — То, что вы сказали, кажется мне поразительным.

Стив был горд собой, как попугай, которому только что почесали голову.

— Может быть, мне лучше рассказать вам все, как было, Рик? — прямо-таки промурлыкал он. — Я живу театром с тех пор, как я помню себя. В театре я занимался почти всем, чем только можно. Я думаю, меня можно считать настоящим профессионалом! — Он бросил лукавый взгляд на Юджинию и вдруг захихикал: — В сценическом смысле, дорогая, ты, конечно, понимаешь?

— Ты можешь не беспокоиться обо мне, Стив, — сказала ему Юджиния по-детски звонким голосом. — Некоторые из лучших друзей моей мамы — профессиональные актеры.

На мгновение в его глазах блеснула злоба, однако бахрома его длинных ресниц скрыла ее.

— Это, Рик, одна из самых привлекательных черт Юджинии, — сказал он покровительственным тоном. — Ей просто необходимо поражать всех, даже если это в конце концов убьет ее!

— Вы рассказывали мне, как открыли Рода Блейна, — напомнил я ему.

— Да, правильно, перехожу прямо к делу. Я понимаю, что вы должны быть ужасно заняты, Рик, улаживая все те конфликты, которые возникают то тут, то там! Три года назад я был директором театра на летней ярмарке севернее Сан-Франциско. Это был небольшой театр. Однажды ко мне пришел Род и попросил работу. Тогда ему было только девятнадцать лет, и, как он рассказал мне позднее, он в течение предыдущих шести месяцев переезжал в поисках работы с места на место. Он бродяжничал и пересек всю страну от самого Чикаго. Я спросил его, что он умеет делать, и он ответил, что умеет все. Даже в то время у него была восхитительная самоуверенность, самоуверенность, присущая талантливым людям. Итак, я устроил смотр его вокальных и других способностей, и я буду всегда благодарен судьбе, что первую возможность обнаружить этот замечательный молодой талант она предоставила мне! Дать ему работу не составило труда. И хотя деньги для меня были проблемой, но я знал, что мой долг — поддерживать его до тех пор, пока он не встанет на собственные ноги в театральном мире; я был счастлив помогать ему на его пути к успеху всем, чем только мог!