Генерал и его семья
- Автор: Кибиров Тимур Юрьевич
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Индивидуум
- ISBN: 978-5-6043605-4-5
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Генерал и его семья». Краткое содержание книги:
— Простите, пожалуйста. Вам помочь?
— Нет!.. Ну что вы?.. Зачем?.. Я сам… Спасибо!.. Тут просто центр тяжести… он смещен… Не важно… «Центр тя-яжести! — передразнил он сам себя. — В башке у тебя центр тяжести!.. Ну вот почему у меня всегда так?» — спрашивал Вася, по-прежнему глядя в пол и не находя ответа.
Вы, надеюсь, понимаете, что готовность Васи вот так, с первого взгляда ополоуметь от красоты Травиаты Захаровны обусловлена была не только ее действительно уникальной внешностью, но и средней тяжести алкогольным опьянением самого Бочажка, и связанным с этим расположением души к живейшему приятию впечатлений.
Бахус и Купидон, как это повелось еще с анакреонтических времен, шли рука об руку.
А проводница уже проходила по вагону и выпроваживала провожающих.
— Ну что, дружок не воротился?
Вася не сразу понял, а вспомнив, ужаснулся:
— Ой! Нет!
— Бывает… — сказала проводница. — Ну, может, еще успеет.
Толстяк сочувственно и укоризненно покачал головой, а удивительная девушка тоже с жалостью и интересом поглядела на смешного старшего лейтенанта. Поезд тронулся.
Вася вышел в коридор и закурил. (Тогда даже и в купе, если никто не возражал, дозволялось курить, а в вагонном коридоре развешены были специальные пепельницы с крышечками.)
— Съездили в отпуск!.. Гад ты все-таки, Ленчик… У меня даже адреса этих Дроновых нет… — злился Вася, но как-то неубедительно, без особенного ожесточения. — Ну и черт с тобой! — решил он наконец и улыбнулся, прикинув, что ехать-то еще ночь, и целый день, и еще ночь, и есть время исправить неблагоприятное впечатление, познакомиться и подружиться с этой кавказской красавицей.
Он вернулся в купе и снова сел с краю, придумывая фразу, с которой можно было обратиться к попутчице, но тут дверь купе растворилась и, потрясая шампанским и водкой, явился Ленька!
— Ну-с, снимайте бурнус! — крикнул он. Толстяк засмеялся.
Я-то лично сильно подозреваю, что Дронов для вящего эффекта выжидал, пока поезд тронется, в тамбуре.
— О! Здесь дамы! Прошу извинить. Честь имею представиться — старший лейтенант Дронов. Леонид. Что по-древнегречески означает, между прочим, подобный льву!
Толстяк опять засмеялся и сказал:
— Очень приятно. А я Афанасий Филиппович.
— А вас как величать? — не обращая внимания на Афанасия Филипповича, обратился Ленька к прекрасной попутчице.
— Травиата.
«Господи, что же это?!» — подумал Вася и покраснел еще пуще, а Дронов воскликнул:
— Ух ты! — и, немилосердно фальшивя, пропел: — Сердце красавицы склонно к измене и к перемене, как ветер мая!
— Это не Травиата! — не выдержал Вася.
— Что?! — вскинула брови Травиата.
— Не сердитесь, не обижайтесь! Просто кое-кто у нас перебрал маленько! Ну ты что, Васисуалий, барышню обижаешь? — сказал наглый Ленька.
Вася покраснел еще гуще и залопотал:
— Я не про нее… Я не про вас… Я про него… Вы, конечно, Травиата… ну просто он поет не то совсем… Это же «Риголетто». Песенка герцога. А он…
— Большая разница! — пожал плечами Ленька.
— А вас правда Васисуалием зовут? — пряча улыбку, спросила красавица.
— Да нет, конечно! Васей… Василием… Это у него шутки такие дурацкие…
— Шутки в сторону! — заявил Дронов. — Давай-ка к проводнице за стаканами! Марш-марш! Пора уже выпить за знакомство! И за присутствующих здесь дам в первую очередь! — последнее предложение было произнесено специальным, низким и сладким голосом и сопровождалось проникновенным взглядом.
— Тебе надо, ты и иди! — огрызнулся Вася.
— Ой-ой, какие мы… — и Ленька опять запел:
— А лучше вы уж все выйдите, пожалуйста. Мне переодеться надо… — сказала Травиата, и, когда они вернулись, ее фигура, всеми своими выпуклостями и извивами явственно обрисовавшаяся под застиранной спартаковской футболкой и спортивными сатиновыми шароварами, оказалась под стать сказочному шемаханскому лицу.
— А куда же вы, милая Травиаточка, держите путь? — тем же противным голосом спросил Ленька, расставляя на столике стаканы.
— В Нальчик… Нет, мне не наливайте, пожалуйста.
— Землячка!! — обрадовался Ленька и снова пропел гадким голосом, как ему казалось, по-кабардински: — Си псэ, си гу, си фо, дахэ…
— Я не понимаю. Я осетинка.