Электронная книга - «Колонисты 3». Краткое содержание книги:
Но шли секунды и минуты, они приближались все ближе к назначенной точке, а никто так и не появился. И Длинный не знал, к лучшему или к худшему это. Как же плохо быть пешкой в чужой игре! А как плохо быть втянутым в эту игру по собственной глупости…
Они дошли. Длинный узнал место, где егерь высадил их с гравицикла и улетел назад. Но сейчас поляна пустовала — не было ни егеря, ни гравицикла, ни даже следов. Он еще не дошел?
Какое-то время они озирались по сторонам, а затем появился егерь. Длинный не успел засечь, откуда именно он вышел, где прятался. Только что никого не было, и вот, от ближайших деревьев к ним идет человек.
Длинный напрягся. Ну вот, именно сейчас люди Виллиса и должны будут напасть. Но не нападали. Егерь подошел уже достаточно близко и Квартник шагнул к нему на встречу.
— О! Какие люди! Рад, что ты жив. А где остальные? Где Строгов, где Кузьма?
— В безопасном месте, — отозвался егерь, — вам озвучили мое предложение?
— Да, — кивнул Квартник, — но у меня есть пара вопросов и пара предложений.
— Я слушаю…
Длинный не видел лица Квартника, но понял, что тот почему-то замешкался, остановился.
Длинный огляделся. Уже началось?
Звенящая тишина вокруг, и все…Он даже дернулся, когда услышал звук входящего уведомления. Это еще что такое?
«Колонист 3–71, позывной: Длинный, лишается статуса (с последующей деактивацией чипа и запретов на посещения объектов корпорации).
Деактивация чипа завершена. Статус изменен. Текущий Статус: Изгой»
Что? Как? Почему?
Длинный испугался, удивился и просто был сбит с толку. Что произошло?
Интерфейс, только что маячивший перед глазами, исчез, и сейчас Длинный видел лишь снег, людей вокруг него и Егеря, с интересом рассматривающего его.
Что теперь делать? — холод пробежал по спине Длинного. — Сказать Квартнику, что он мар или бежать, не разбирая дороги, пока остальные не успели понять, что произошло и не пристрелили его?
Решить он так и не успел.
— Давай! — послышался голос Квартника.
Один из его телохранителей вдруг появился рядом с Длинным. Что-то мелькнуло возле лица Длинного, и тот вынужден был отшатнуться. Страшно заболела шея и Длинный рефлекторно схватился за нее. Руки ощутили что-то теплое и липкое.
Он отнял левую руку от шеи и взглянул на ладонь: вся в крови.
Длинный что-то хотел сказать, в его голове еще мелькали картинки того, как на поляну выскакивают бойцы Виллиса, валят всех, подбегают к нему…
Но в глазах меркло, сознание угасало и, в конце концов, оставило тело бывшего колониста.
— Спокойно, спокойно! — Квартник поднял руки вверх.
Его охранник, только что на моих глазах перерезавший глотку Длинному, успевшему затихнуть в луже собственной крови, бросил нож и тоже поднял руки.
— Что за хрень тут происходит? — зло спросил я.
— Ничего такого. Просто чистка кадров, — ответил Квартник, — избавляемся от стукачей. Извини, ты этого видеть и не должен был, но все случилось, как всегда не вовремя… Может, уберешь уже ствол? Тебе глотку никто резать не собирается.
Я хоть и был на взводе, но сообразил: пока я целился в Квартника и в двух его охранников, слева стояли еще трое колонистов (Амбал, Грязный и Петрович), которые с легкостью меня завалили бы, будь у них на то желание.
Я повернулся к ним — их лица наверняка выражали те же эмоции, что и мое собственное: удивление, испуг, непонимание. Похоже, запланированное Квартником убийство Длинного для них тоже было секретом. Хотя, что он там сказал про чистку кадров и стукачество? Получается, что это не убийство, а казнь?
Я рискнул и убрал ствол назад в кобуру.
— Может, все же объяснишь, что это было? — вновь спросил я.
— Эта сволочь, как только вернулась в Речной, — ответил Квартник, — тут же побежал к гарнизонным стучать на тебя. И на меня, кстати.
— И? — я напрягся. Еще не хватало, чтобы нас тут люди Виллиса накрыли.
— И что? ‒ усмехнулся Квартник. — Настучал. Вот только не тому, кому надо. Точнее, — тут же поправился он, — тому, кому надо нам.
Я поднял бровь, мол, что ты имеешь ввиду?
— Длинный прибежал к дежурному на КПП. А дежурным оказался Мерзкий. Знаешь такого?
Я напряг свою память.
— Кажется, да, — проговорил я, — это приятель Строгова.