Математик Боя. Жизнь сильнейшего (СИ)
- Автор: Кровь и Чай
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Математик Боя. Жизнь сильнейшего (СИ)». Краткое содержание книги:
— Нулехвостый?
— Он не является Биджу в полном смысле этого слова. Всего лишь частица демонической сущности самой Кагуи. Слабый и ненавидящий все вокруг. Но слабый лишь до тех пор, пока его ненависть одинока. И сейчас она, блять, совсем не одинока! Три компонента, пиздюк! Эти три компонента Императора сделали бы любого человека Джашином! И тогда он придумал четвертый. Самый важный. Джашином должен будет стать тот единственный, кто мог бы его победить. Воин! Теперь ты понимаешь, Сенсома? Я даю тебе шанс — уходи! Уходи и проживи последние дни этого мира в спокойствии. А когда я приду… все будет безболезненно.
Сенсома усмехнулся. По-настоящему. Весело.
Воин? Напротив? Ну и какая разница, кто он?! Какая разница, сколько в нем божественной силы?! Какая разница, насколько он демон?! Неважно даже, сколь много навыков было утеряно бывшим учителем! Главное — то, как он сражается. Сколько сил на него потребуется? Сколько Врат придется открыть, чтобы его пасть захлопнулась? Сколько он продержится против Математика Боя?!
Сенсома уже было хотел сказать все это с неизменной улыбкой, но тут случилось странное.
В звенящей тишине, опустившейся после пламенной речи Мусаси, этот звук был слышен очень отчетливо. Сухой и скрежещущий, на краткий миг он оборвал все мысли не только Сенсомы, но и Миямото. Ни один из них не ожидал этого.
Пустой Риннеган Рикудо шевельнулся. Глаз метнулся к потолку и тут же опустился.
Вниз.
На Сенсому.
— Как не повезло, — цыкнул Мусаси, сделав шаг по ступеньке вниз.
В следующий отрезок времени, который даже нельзя назвать мгновением, он ускорился столь сильно, что даже готовый к бою Сенсома не успел среагировать! Пол тронного зала взорвался крошевом по линии движения Мусаси! Воздух не просто свистел — он собрался в маленькое торнадо!
А Сенсома, до этого смотрящий только на Мусаси, ошарашенно обнаружил, что летит над землей, видя перед собой потолок…
Его тело рухнуло на изуродованный пол с грохотом, и только тогда пришла боль. Несмотря на всю скорость Миямото, Сенсома успел-таки войти во Врата, больше инстинктивно активировав их рывком до Шестых и уже в полете задействовав и Седьмые. Тем не менее, укрепление тела не спасло его от тяжелейших повреждений. Он задохнулся от того, как сильно пришлась атака по легким, его руки ослабели и отказывались слушаться. А ноги…
Он попытался было встать, но ноги подкосились, заставляя потерять равновесие, а уже в следующее мгновение откуда-то из-за спины пришла вторая атака.
Теперь, разогнанный Седьмыми Вратами, Сенсома почувствовал ее более полно. Это не был один единственный удар — Мусаси сделал по нему сразу шестьдесят шесть попаданий, метя во все жизненно-важные органы и отсушивая конечности. Сколь быстры были его удары, столь же и сильны они оказались.
Но теперь Сенсома знал о его скорости и силе, а потому успел закрыться. Не от всех и даже не от многих, но от самых важных. Мусаси совершил ошибку — хотел убить его одной атакой, а когда не получилось — повторил ее. И снова, когда Сенсома, укрывшись от части урона сзади, взлетел на воздух. Мусаси поймал его в полете, еще шестьюдесятью шестью ударами отправляя его к земле. И снова, когда тело Сенсомы уже почти коснулось земли.
На невозможной скорости и с чудовищной силой Миямото Мусаси просто-напросто уничтожал Сенсому, не давая ему ни шанса на ответное действие!
А Сенсома считал, подставляя под удары руки и ноги, укрепляемые Вратами Направления. Он полностью сосредоточился на защите, в то время как Исобу усиленно регенерировал все новые и новые повреждения своего Джинчурики. Сенсома считал, скалясь с каждой секундой все больше и больше, продавливаясь под градом атак. Бывший учитель использовал все те же шестьдесят шесть ударов раз за разом, не испытывая нужды, казалось, в иных приемах.
И это была самая большая ошибка, которую можно было совершить против Математика Боя.
Сенсома даже и забыл, каково это…
— «Тридцать второй и тридцать третий… между ними задержка на долю мгновения…»
Его тело металось из угла в угол, смазавшись и становясь практически неразличимым из-за скоростей, которые не может познать человеческий глаз.
— «Переход от последнего к первому — самая большая задержка. Три, два… Апперкот на шестьдесят пятом. Размашистый удар ногой — двадцать третий. И никакой защиты — он все вложил в скорость.»
Мусаси, проведя очередную атаку, переместился ему за спину.
И тогда Сенсома ответил!
Первый же удар он принял на грудь, совершенно не сопротивляясь и активируя Врата Направления, убирая всю свою защиту и сравниваясь с бывшим учителем в скорости. Этот удар был самым слабым из серии, но даже он отбросил Сенсому дальше нужного Мусаси. Из-за этого Мусаси задержался, и Сенсома смог воспользоваться всеми микро-задержками бывшего учителя на протяжении всей серии. Для Мусаси это выглядело как дрожь от попаданий — он думал, что тело ученика не выдерживает, но Сенсома на самом деле готовил контратаку.
На последнем ударе Мусаси раскрылся, и клинок Сенсомы, все еще удерживаемый им в руке, на чудовищной скорости вонзился прямо в горло бывшему величайшему мечнику!
Сенсома оскалился, проворачивая клинок. И, внезапно, Мусаси оскалился в ответ, коротким движением шеи ломая оружие ученика. Сенсома не успел выставить защиту, и мог лишь наблюдать за тем, как к нему приближается нога Миямото…
***
Сенсома проснулся резко, тут же поднимая корпус с лежачего положения!
Он сам не понял, как умудрился вырубиться прямо посреди поединка с учителем. Это было невероятно, и перерожденный ни в одной из жизней не смог бы предположить, что свалится с ног от усталости в бою. Это было так глупо, так противоречило его природе бойца, что Сенсома разочарованно вздохнул, правой рукой проведя по короткой зеленой траве, на которой лежал.
Миямото Мусаси оказался жестоким сенсеем. У них был год на тренировки, и Бог Самураев искренне считал, что за год он сможет научить «тупоебного пиздюка» лишь правильно держать меч. Они путешествовали, отрабатывали приемы, качали мышцы и постоянно спарринговались.
Поначалу Сенсома думал, что его сенсей вместо спаррингов просто над ним издевается. Конечно, может быть и в педагогических целях, но явно не в тех, для которых обычно спаррингуют. После каждого поединка Сенсома умирал, и возродиться ему никто не давал — сразу пропускали через новую мясорубку. Но каково же было его удивление, когда буквально на второй месяц избиений он смог-таки достать подбородка Мусаси кончиком своего клинка.
С тех пор прошло две недели, и вот он — результат — Миямото стал не просто уничтожать ученика в спаррингах, он буквально заставлял его тело сдаться и упасть, не взирая на хотелки мозга. Пару раз Сенсома чуть было не использовал свою дремлющую и восстанавливающуюся чакру, но мечник пресекал это моментально — просто оглушая его тупой стороной меча.
— Сурово… — дотронулся до свежей шишки молодой шиноби, вставая на ноги.
Их лагерь был разбит в светлом лиственном лесу, и сейчас Сенсома очнулся прямо посреди него, но вот учителя видно не было. Шиноби нахмурился, изучая следы, и сделал шаг за ушедшим мечником.
Примерно через десяток минут ходьбы парень услышал звуки. Звуки самой чудовищной и беспощадной тренировки.
Тренировки Миямото Мусаси.
Бог Самураев стоял перед могучим вековым деревом и наносил по нему удары. Удары двумя мечами, конечно. Эта техника заставляла все тело работать единым механизмом, увеличивая скорость и силу атаки мечами. Разрез от нее мог даже пробить несовершенное Сусаноо Мадары! И сейчас мечник повторял ее раз за разом.
Без мечей, конечно же.
Сенсома не переставал удивляться жестокости своего сенсея в тренировках. И к себе и к другим. Миямото не щадил ученика ровно так же, как не щадил и себя самого. Сейчас обе его руки были в крови, а дыхание почти сбилось, но великий мечник продолжал оттачивать свою технику.
— Я не могу остановиться, — внезапно сказал он своим грубым голосом, явно почувствовав присутствие молодого ученика. — Мне просто нельзя.