Генерал Скала и сиротка

— А, я понял — прервал его король и посмотрел на меня с явным сожалением. Он говорил о себе в единственном числе, а не «Мы» как во время официального вчерашнего приема. Но от этого легче не становилось— Удивительно, что сразу, по глазам не догадался чья вы родственница. Такой пронзительно-изумрудный цвет я видел лишь единожды. Жаль, жаль…

Уф-ф-ф… Узнал мои глаза, но решил, что я сестра наследницы. Это же чудесно! Непонятно только, почему ему «жаль», но самое главное — его интерес явно стихает. От вспыхнувшей надежды я перестала дышать.

— Не придерживаетесь правил? — неожиданно спросил один из южан, более высокий, в совершенно белой одежде. Он огладил изящными пальцами в массивных кольцах стриженную бородку, отчего-то очень внимательно рассматривая мои кудри.

— Только тех, — вступился за меня Беранже, — что несколько чужды нашей культуре. Так-то девочка очень воспитанная и послушная.

У Людвига сощурились глаза. Принц уже имел счастье познакомиться со мной ближе и не со всеми заявленными описаниями был согласен. Помнится, требования явиться к нему я проигнорировала, попытки воздействовать силой — ловко пресекла, а то, что он пытался выдать за свидание — перевела в тренировку, от души его при этом лягнув.

Проклятие! Только бы не принялся спорить, опровергая церемониймейстера.

К моему облегчению, король больше никому не позволил высказаться по моему поводу. Наклонил голову с аккуратно завитой прической и серьезно сказал, глядя на Беранже:

— Главное, не забудь, что твоя основная обязанность — организация дворцовых дел, а не опека хорошеньких юниц.

Стоявший рядом с ним Людвиг согласно кивнул. Золотые кудри принца перетягивала широкая шелковая лента, но старше он от этого не выглядел. Светлые глаза смотрели пусто, капризные пухлые губы пренебрежительно ухмылялись.

— А если преклонный возраст мешает вам, граф, — обманчиво ласково сказал он, — и нужна помощь, я могу предложить брату достойную кандидатуру. Лорд Ципель легко примет на себя часть ваших забот. Уж праздники он умеет устраивать с настоящим огоньком.

Я заметила, что принц позволял себе ироничный, слегка пренебрежительный тон.

Церемониймейстер побагровел так, что цветом лица стал схож с алым узором, украшавшим его парчовый жилет.

— Я прекрасно справляюсь, Ваше Высочество, — просипел он.

— Тогда оставлю на вас с Эдгардо все серьезные разговоры, — младший принц скроил лениво-брезгливую гримасу и вдруг шагнул, перехватывая мою ладонь в кружевной перчатке. — Мы с Хани еще слишком молоды, чтобы скучно стоять, когда играет музыка. Что скажешь, Шелковая девочка, потанцуем? Брат, ты же не против?

Не дожидаясь ответа, он потянул меня прочь от королевской компании. Я едва успела присесть в легком прощальном реверансе и машинально повернула южный круг ладонью, склонив подбородок. Заметила, как прицельно сощурился взгляд короля, он явно брал на заметку фамильярно-близкое обращение принца ко мне. Граф вскинулся, открыв рот, но так и не сказал ни слова. Двое театрально наряженных «южан» застыли. Одежда-одеждой, но вежливости бы их поучить…