Император желает услышать "Да"

– Я не знал, чего ждать от твоих родственников, поэтому на всякий случай послал им весть о количестве своих охранников на обеих границах, – спокойно отвечает Каян, – так мирная делегация с севера имела больше шансов на достойный приём.

Вот, почему дядя так суетился вокруг него! У императора была мини армия в кармане – его никак нельзя было ущемить или обидеть…

Цай хоть и велик, но не имеет большого числа первоклассных бойцов в регулярной армии: все они присоединяются к основным силам лишь во время войн или вынужденного военного положения. В то время, как лучшие бойцы севера мобилизованы всегда, потому что империя Го всегда против кого-то воюет.

– Ты же понимаешь, что так не может продолжаться вечно? – негромко спрашиваю, грея ладони о походную кружку, полную горячего травяного настоя.

– Ты говоришь его словами, – с сухим недовольством замечает Каян.

«Его» – это он про Ро’уна?..

– Воины со временем устанут от казарм и захотят теплого женского тела под боком, – произношу, опуская взгляд на содержимое кружки, – у тебя есть какой-то план, в котором ты видишь конец эпохи своих завоеваний?

– Ты ещё не стала моей женой, а уже лезешь в политику Го? – чуть грубовато отвечает Каян, но я была готова к этой грубости.

Я уже хорошо поняла характер императора севера – он может быть нежен и заботлив со мной наедине, но, когда включается режим правителя, он совсем не следит за словами. Ни со мной, ни с владыкой востока, ни с кем.

– Я хочу понять свои личные перспективы, – отвечаю предельно чётко.

– Твоя перспектива – стать моей женой. И давай сейчас закроем тему: я сказал – мы будем говорить обо всём в Холодном дворце, а не по пути на север.

– Боишься, что мне не понравится твой ответ – и я действительно попытаюсь сбежать? – негромко спрашиваю.

И чувствую на себе давление его взгляда.

– Чего ты добиваешься? – медленно произносит Каян.

– Завтра мы пересечемся с послами герцога и отправим Алинэ домой… с завтрашнего дня у меня не будет причин переживать о чём-либо.

– Тогда почему ты не хочешь дождаться завтрашнего дня? – он внимательно смотрит на меня.

– Завтра я всё приму – все условия и все перспективы. Но сегодня ещё могу говорить с тобой на равных, – встречаю его взгляд.

– И что же ты хочешь сказать, будучи на равных со мной? – выделяя последние слова интонацией, уточняет Каян.

– Что я не хочу войны.

– Аянэ!

– Дослушай, – останавливаю его, положив ладонь на его руку, – я не хочу бесполезных сражений. Не хочу всю жизнь думать о том, вернёшься ли ты домой или останешься на чьей-то далекой земле, весь в крови врагов, но бездыханный. Я росла бойцом и мне близок путь сражений. Но бесконечное сражение… это совершенно другая история. Ты спрашиваешь меня, что я хочу сказать тебе, а я не могу понять, чего хочешь ты! Каким ты видишь наше будущее – кроме того, что мы будем вместе, а ты будешь так же силен как сейчас? Потому что сила уйдёт, и молодость уйдёт. Что именно ты желаешь увидеть в конце? Какие свои заслуги мечтаешь увековечить? Неутолимую жадность или чреду великих завоеваний? Звание безумного императора, превращавшего север в ненасытного паразита на теле материка, или титул легендарного правителя, который принёс благоденствие своим землям?