Девять бусин на красной нити

Убаюканная тихим голосом цверги, я и правда сумела поспать пару часов, пока живот не стало стягивать слишком сильно.

– Где Хакон?

– За дверью. Получает свою долю волнения, как это положено всем отцам, – фыркнула Трюд.

Ночь выдалась тяжелой, и я была очень благодарна матери мужа за помощь. Такая умная и спокойная женщина не напрасно столь высоко ценилась в девяти мирах.

– Мальчик, – поднося сморщенный, завернутый в теплую ткань, комок, тихо произнесла Минами. Вид у кошки был несколько удивленным. – Натсуми сама, у него крылья.

– Уже? – мне показалось, что часть потолка обрушилась на голову. В истории не бывало случаев, чтобы тенгу рождались с крыльями.

– Натсуми, не отвлекайся. Мы еще не закончили. Потом полюбуешься старшим. Младший тоже хочет на свободу. Давай, милая. Постарайся.

Крылья. Несколько плешивые, с совсем слабым оперением, но у моих сыновей были крылья.

В бесполезных порывах сдержать смех, я смотрела, как малыши пытаются ползать, скребя красивым, серым оперением по полу, а потом в бессилии засыпают друг с другом в обнимку, укрывшись крыльями. Мы обычно не трогали их, только накрывая сверху тонким покрывалом, чтобы согреть маленькие ножки. Хакон обожал детей, всячески баловал и проводил с ними массу времени, но все же незаменимой в такое удивительное, но сложное время, для меня оказалась помощь Трюд. Казалось, цверга точно знает, в какой момент у меня заканчиваются силы, и иссякает терпение, появляясь точно по волшебству, с одной из своих животворящих фраз:

– Милая, тебе нужно сходить в бани.

– Милая, тебе пора прогуляться на рынок.

Или что-нибудь еще в том же духе.

Так прошло почти пять лет, когда вдруг стало понятно, что третье зернышко вовсе не пропало бесследно, а просто готовило мое тело к очередному испытанию. Беременность хримтурсом, а это определенно, с самых первых дней стало понятно, что кровь Хакона в этот раз оказалась сильнее, проходила удивительно. Иногда я просто не могла выпить воды, тут же превращая жидкость в туман одним касанием. Другой раз, собираясь принять ванну, я едва не заморозила всю воду в округе. Потребовалось довольно много амулетов и просто долгие уговоры, чтобы иметь возможность хоть как-то жить привычной жизнью в ожидании знакомства с этим сероглазым чудом.

– Мама, а он точно наш брат? Мы так не умеем. И у него совсем нет крыльев, – разглядывая младшего брата, на чье тело уже нанесли волшебные узоры, как у Хакона, с сомнением спрашивали близнецы, в волнении подергивая крыльями.

– Не сомневайтесь. Просто ему досталось больше сил вашего деда Снора.

– Но почему?

– Так бывает. Зато в вас так сильна кровь Курамы, что вы летаете с полутора лет, добавляя веселья всему семейству.

– Это да, но мы никогда не видели прадеда Кураму. И это не честно.

– Обещаю, что мы отправимся к нему в гости, когда Хильсону исполнится три.

Я сдержала слово, хотя путешествие с тремя одаренными магией детьми оказалось не из легких. Одна маскировка великолепных крыльев близнецов обошлась мне массой сил и нервов. Самым сложным было объяснить, почему не стоит летать и демонстрировать крылья во внешнем мире. Нам досталось такое число маскировочных чар и амулетов, что вся наша компания больше походила на цыган, чем на приличное семейство.