Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921
- Автор: Орлов Георгий Алексеевич
- Год: 2019
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-906569-03-5
- Жанр: Другие документальные фильмы
Электронная книга - «Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921». Краткое содержание книги:
Дневник является не только ценным источником, реконструирующим непосредственно ход боевых действий Добровольческой армии, но и содержит множество бытовых, географических, фенологических, историко-этнологических наблюдений.
Книга предназначена для профессиональных историков и всех интересующихся историей Гражданской войны в России.
30.07.1919. Наши заняли Кременчуг, Знаменку и Елизаветград <позднее Кировоград. – Ред.>. В Кременчуге и Знаменке красные забыли, торопясь отходить, 61 исправное орудие, из которых 29 тяжелых, 6 бронепоездов, 2 броневика, 46 пулеметов, 2 парохода, 50 паровозов, 500 вагонов, из них 20 со снарядами и 240 груженых, инженерный склад с большими запасами и много испорченных орудий. Это слегка тряхнули советскую власть. На ст. Глобино они бросили громадные составы, растянувшиеся больше чем на 5 верст. Население Елизаветграда, в связи с нашим продвижением, восстало против советской власти и свергло ее.
Там было захвачено 2 автоброневика и 2 бронепоезда противника. Шикарно было бы, если бы примеру Елизаветграда последовали бы другие города, теперь мы вошли уже в такие губернии и места, где можно будет ожидать посильной помощи от населения и разных повстанческих отрядов, с которыми большевики ведут не совсем успешную войну. Есть сведения, что Григорьева они где-то поймали и убили. Но вместо него появилось много отрядов, присутствие которых в прифронтовых местах слегка действует на нервы советских деятелей. Как ни считайте, а для них это удовольствие не из приятных. Странно то, что у нас около Туапсе всё еще до сих пор бродят «зеленые». Их несколько раз прогоняли в горы, но переловить так и не удается. Сегодня опять есть сообщение об ограблении ими в 10 верстах от Туапсе почтово-пассажирского поезда.
В Харькове «случайно» застряло немало советских деятелей. Каждый день читаешь о вынесении 2–3 и больше смертных приговоров через повешенье. В приговорах очень хорошо сказано, что все эти лица обвиняются в том, что они «вступили в преступное сообщество, именуемое партией большевиков-коммунистов». И действительно, разве можно большевиков рассматривать как-либо иначе, чем преступников.
Вечером за ужином провожали полковника Самуэлова. Из Люботина на ужин прибыл командир дивизиона полковник Шеин. Все накачались более чем основательно. Под конец начали поить командира дивизиона наливкой из рюмки с руки и основательно облили ему половину френча. Он же в это время блаженно улыбался. Барону Майделю кто-то случайно, произнося тост, опрокинул стакан наливки на голову. Несколько рюмок было разбито о голову поручика Никольского. Когда все вышли из собрания на улицу, чтобы расходиться по домам, то поручик Зиновьев лег на тротуар и уверял всех, что его положили. Командир дивизиона, увидев каких-то барышень, начал прыгать перед ними козлом, а командир батареи пустился через улицу бегом догонять какую-то женщину в белом. Я зашел в соседний двор, сел на ящик помойной ямы и задремал. Меня разыскали только минут через 20, после чего все с трудом разбрелись по домам уже почти к полному рассвету.
31.07.1919. Наши части, продолжая наступление, заняли узловую станцию Ромодан. Скоро у красных на Украине останется не так уж много железных дорог и станций. Вспомнил довольно забавный случай, который произошел в Полтаве и о котором своевременно позабыл рассказать. Часа в 4 дня 16 числа, когда большевики уже были верстах в 20, если не больше от города, у одного из складов заметили часового-китайца с винтовкой, который преспокойно продолжал себе стоять. На него раньше как-то никто не обратил внимания. Этот чудак, помимо всего прочего, когда наши войска еще ночью вошли в город, простоял без смены около суток. Бой в городе и уход советских войск на него, очевидно, не произвели особого впечатления, и он продолжал нести караульную службу. Когда, наконец, проходящий казак спросил у него: «Что ты стоишь здесь?», то он, не пропуская казака в склад, ответил: «Совет меня поставил и только совет может меня снять». Тут казак выстрелил ему в упор в лоб и снял полчерепа.
Занятно то, что мы сейчас стоим собственно на отдыхе в резерве, а между тем, на кого ни посмотришь, все за это время похудели и осунулись. Спасибо за такой отдых, когда от совсем ненормальной жизни изматываешься больше, чем на позиции. Я хотел сапоги и свое обмундирование привести в порядок, но ничего не успел сделать. Мало того, мы с Лернером до сих пор «увы, не успели еще» перенести своих вещей из обоза в комнату и всё это время спим на голых постелях. Всё утро до обеда в собрании ничего не ешь, питаешься довольно скверно, а тут еще эти выпивки. В Харькове холера, а по утрам, чтобы утолить водочную жажду, пьешь сырую воду прямо из рукомойника. Ну его к черту, такой отдых.
1.08.1919. Четверг. С утра походным порядком отправились из Харькова в Люботин. Стоять дольше в Харькове было довольно неинтересно: всё дорого и, кроме того, большая возня с доставкой фуража. Погода как-то сразу резко изменилась: стало прохладно, и повеяло осенью. Хлеба почти все уже убраны и свезены. В том районе места веселее, так как лесов довольно много. Эти бесконечные степи, по которым всё время приходится путешествовать с боями, уже достаточно надоели. Воевать же в этих лесах будет несколько труднее, чем в степи. Пришли мы в Люботин часов через 5 после выступления из Харькова и расположились в имении князя Святополк-Мирского. Тут очень приличный и большой парк с несколькими прудами и громадный фруктовый сад в 121 десятину. Дом довольно неважный, старый, и перед ним несколько недействующих фонтанов. Владельцев самих в имении нет. Жаль, что в саду ни одного фрукта; говорят, что сад роскошно цвел, но его повредило морозом. Солдат разместили в доме, а все офицеры расположились по частным квартирам в поселке. Здесь жизнь будет здоровее и проще, чем в Харькове. К вечеру собрался приличный осенний дождичек.