Жатва душ. Остров мертвых

— Вставай, сука контуженная! — гаркнули отчетливей.

Я попытался подняться на локтях и упал лицом в асфальт. Зрение прояснилось, и передо мной проступили две пары ног в берцах. Тело не слушалось, и запрокинуть голову я не мог.

Подошел еще кто-то, меня поставили, но ноги разъехались, и я едва не упал.

— Б…! Он полудохлый! Не зачтется без вызова… Держите его!

Передо мной проступила заросшая морда Амира.

— Еще немного, и очухается, — сказал Волошин. — Контузия от «Отражающего щита» три минуты действует.

— Эй, а чё Амир, а не я? — возмутился кто-то, и в поле зрения попал Игнат.

— У Папаши спроси, — отмахнулся Волошин.

Разум начал возвращаться, пришло понимание: у Папаши есть какой-то «Отражающий щит», который, видимо, возвращает урон. Я атаковал — меня контузило. Теперь претенденты делят награду, решая, кому меня убивать, а Папаша и остальные спасают Юлию. А как можно спасти с гарантией? Правильно, поймать зомби и дать ей его добить. Накопит на уровень, тогда и «выздоровеет вся».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Потому нельзя показывать, что мне лучше, пусть так и держат под руки, а я пока придумаю, у кого вырвать оружие и кого ударить первым.

Окончательно оправившись от контузии, я понял, что все равно чертовски слаб и голова кружится от кровопотери. Хорошо хоть зрение прояснилось.

— Да чё ждать? — буркнул Амир. — Он щас совсем подохнет! А не зачтется — не судьба.

Меня перестали держать — я изобразил новорожденного теленка, у которого разъезжаются ноги.

— Эй, ты хоть цепь дай ему… Типа вооружен.

Амир наклонился…

Я понял, что лучшего шанса не будет.

Вскинул руку, рубанул его локтем в основание черепа, второй вцепился в запястье, надеясь, что хватит сил обезоружить кавказца. Рывком развернул его к Волошину, чтобы тот не ударил меня в спину.

Но крепкий Амир не вырубился. Кулаком ударил в бок, ткнул пальцами в рану. Во рту проявился привкус крови. А потом рвущая боль распорола пространство от края и до края. Мир захлестнула темнота, я не ощущал тела, только боль, но гулкие голоса еще слышал.

— Брюхо вспорол, — прокомментировал Волошин действия Амира. — Ага, сильное «Кровотечение» повесил, нормально.

— Пусть дохнет, как баран, — хохотнул тот. — Кишками наружу.

— Хитрожопый ты… Думаю, зачтется. Ладно, валим, давай к Папаше. А то темнеет. Если Юлька сдохнет, он сам нам устроит «кишками наружу».