Директор Арк

— Конечно, — кивнул Леонардо, после чего отступил на шаг назад, начал поворачиваться, чтобы уйти, но остановился и добавил: — Если что-нибудь потребуется, то ты знаешь, где меня найти.

Озпин подождал, пока тот не скрылся за поворотом коридора, а затем вошел в комнату, стянул с себя шарф и уселся на кровать. Примерно через секунду внезапно обретший контроль над телом Оскар с испуганным вскриком упал на матрас.

Это для Озпина подобные переходы были привычными и не вызывали ни малейших проблем. Оскар еще не умел сразу же подхватывать управление мышцами. Если бы они не сидели на кровати, то могли бы свалиться на пол и что-нибудь себе повредить.

— А предупредить меня заранее никак нельзя? — неуловимо изменившимся голосом возмутился Оскар.

"Гриммы тебя тоже должны предупреждать перед атакой?" — поинтересовался Озпин.

— Насколько я знаю, они громко рычат и воют, — пожал плечами Оскар. — По крайней мере, в лесу было именно так...

"В том лесу они достаточно мелкие и глупые, чтобы я смог безо всяких сложностей разобраться с ними даже в твоем теле. Но когда мы отправимся в путешествие с командой RWBY, придется серьезно заняться твоими тренировками. Не хочу, чтобы ты все свои проблемы сваливал на меня".

— Сваливал на тебя все проблемы? — переспросил Оскар. — Ты же сам и являешься моей основной проблемой...

"Кроу вроде бы неплохой учитель. По крайней мере, мне так говорили. Лично я ни за что бы не подпустил к детям человека с подобным Проявлением, но в Сигнале решили иначе".

— Чем мы собираемся заниматься? Ты упомянул тренировки, а также путешествие с командой RWBY и Кроу, но я понятия не имею, что запланировано тобой дальше. Какая вообще наша цель?

"Не волнуйся, Оскар. В свое время ты всё узнаешь".

— Если учесть, что ты сейчас сидишь именно в моем теле, то мне бы хотелось все-таки заранее выяснить, во что я вскоре вляпаюсь, а вовсе не увидеть потом, так сказать, от первого лица.

"Ты должен больше мне доверять. Даже если я сейчас всё расскажу, то значительная часть моих объяснений останется для тебя непонятной. Поверь, когда-то я уже пытался так поступать с моими носителями, но результат каждый раз оказывался одним и тем же".

— И что, теперь ты больше никогда не попробуешь? Разве я виноват в том, что мои предшественники не воспринимали твои слова?

Это было совершенно несправедливо, как, впрочем, и вся сложившаяся ситуация в целом. Озпин рано или поздно собирался его "поглотить", но всё равно отказывался говорить о том, что данный термин вообще означал. А ведь ему должна была быть известна дальнейшая судьба Оскара: жизнь в виде бесплотного голоса, полное исчезновение, какое-нибудь "присоединение" или еще что-то в том же духе.

Тот факт, что Озпин предпочитал именно молчать, наводил на не самые приятные мысли.

"Не принимай всё это на свой счет. У нас ограничено время и количество доступных ресурсов, так что я поступаю подобным образом вовсе не из-за недоверия к тебе, а потому что мне необходимо сосредоточиться на более важных задачах. К тому же ты постепенно и сам всё поймешь".