За все надо платить (СИ)

— Прости, — Ангелина покинула палату после нелегкого разговора, но как, ни странно, сейчас она испытывала облегчение. Все точки расставлены, даже дышать стало легче.

После ужина Анна Набутова попросила у медсестры ключ от ординаторской, чтобы позвонить домой. После недолгих уговоров, ключ ей отдали, и Анна набрала номер мобильного мужа.

— Витя, это я. — Быстро проговорила женщина, опасаясь, что муж сбросит её звонок.

— Что тебе нужно? — весьма нелюбезно отозвался Набутов.

— Ты не собираешься приехать ко мне? — неуверенно спросила Анна. Он что, совсем бездушный? Не навестит жену в больнице?! А помнится, к Лиане, когда та лежала на сохранении, он постоянно ездил!

— Нет. — Резко ответил Виктор.

— Почему?

— Ты что, совсем дура? — искренне удивился Набутов. — От тебя одни неприятности, Анна. У моей дочери, а теперь и у меня. И после всего я должен навещать тебя?

— Но я попала в больницу из-за тебя! — взвизгнула женщина.

— Нет, ты попала туда из-за собственных действий.

Анна решила сменить тактику.

— Я хочу видеть дочь.

— С чего бы? — Набутов не скрывал своей неприязни. — Ты никогда не интересовалась делами Маруси. Что сейчас изменилось?

— Витя, я мать Маруси.

— О, вспомнила, наконец! — засмеялся Виктор. — Решила теперь манипулировать ребенком? Не выйдет! — рявкнул мужчина и отключился.

Анна со злостью бросила трубку. Что он себе позволяет? Решил, что может избавиться от неё? Ничего у него не получится! Теперь Набутов находится под следствием, а там и арест не за горами. Вот тогда-то Анна и отыграется за все унижения. Маруся останется с ней, а Виктор не позволит дочери расти в нищете. А значит, они будут хорошо обеспечены. И как бы Виктор сейчас не трепыхался, победа будет за Анной.

После вечернего обхода, Ангелину позвали к Спиридонову. Войдя в палату, девушка не стала проходить. Егор сидел на кровати и был серьёзен.

— Я подумал над тем, что ты мне сказала днем. И хотя мне тяжело смириться с этим, хочу сказать, что не стану вмешиваться. Ты сделала свой выбор. — Спиридонов помолчал. — И я принимаю его.

Анна поднялась в отделение хирургии. В коридоре было пусто, даже персонала не было видно. Теперь бы дождаться Гелю, в палате она находится не одна, и нападать при свидетелях было бы глупо.

Ангелине нечего было сказать Егору, и она вышла из палаты. Она мечтала лишь об одном: поскорее оказаться дома и сказать о своей любви мужу. Глядя в его глаза, чтобы видеть реакцию Димки.

Улыбаясь своим мыслям, девушка поравнялась с холлом, как вдруг её схватили за руку, втянув в темноту.

— Что? — успела вскрикнуть Геля, прежде чем её со всей силы впечатали в стену. Что-то острое приставили к шее.

— Попалась, мерзавка! — Раздалось шипение рядом с лицом.

— Анна? — дернулась девушка, узнав ненавистный голос Бровкиной.

— Она самая. — Довольно отозвалась женщина. — Сейчас я с тобой разберусь.

— Ты ненормальная? — хотя Геле было страшно, но молча стоять она не собиралась. — Тебя же поймают.

— Нет. — Анна была уверена в своей неприкосновенности. — Я все продумала. Твой папочка избил меня, и я лежу в нейрохирургии. Состояние мое тяжелое и причинить вред кому-либо я не могу. — Яростно шептала Анна, надавливая лезвием ножа на горло девушки. — У меня есть алиби, я весь день плохо себя чувствую, персонал это подтвердит.

Ангелина чувствовала, как лезвие вспороло кожу, и кровь побежала из раны. «Господи, она же совсем ненормальная!», — пронеслось в голове Гели.

— Кроме тебя… — Ангелина старалась уклониться от ножа, но не получалось. — У меня больше нет врагов…

— А твоя бывшая подружка? — Анна сжала одной рукой горло Ангелины. — Она тоже тебя ненавидит, видела я, как она на тебя кричала.

Набутова с силой сжимала шею Ангелины, вспоминая, как муж душил её. Теперь и отец, и ненаглядная его дочка за все заплатят!

Ангелина вырывалась, не обращая внимания на боль от ножа и рук Анны. Нельзя дать ей шанс навредить себе ещё больше! Хватит с неё покушений!

— Отпусти меня… — Хрипела Геля, отпихивая руками от себя Анну. Вырваться получилось! Теперь нужно бежать! Что девушка и сделала.

Анна не отставала, следовало схватить девчонку раньше, чем она позовет на помощь.

Геля добежала до поста медсестры, там никого не было. Что делать дальше? Анна догоняла её.

— ПОМОГИТЕ! — громко крикнула Ангелина.

Дверь сестринской открылась, оттуда выбежали две медсестры и молодой человек, из палат показались мужчины. Набутова заметалась по коридору, нож женщина так и не выпустила из рук.

— Ничего себе, какие события происходят в отделении! — двое мужчин скрутили Анну, нож оказался на полу. Медсестры вызывали полицию, поглядывая на них.

Чтобы обработать раны, Гелю увели в процедурную.

А перед глазами Гели до сих пор стояло лицо Анны. Но не то, каким оно было раньше, а избитое, каким оно стало сейчас. Набутов столь сурово обошелся с женой? Но почему? Наверное, это их внутренние проблемы. Возможно, таким образом, Набутов отреагировал на появление любовника у жены. Но вот агрессия Анны… Испугала. А что, если бы у неё получилось осуществить свои планы?

Ангелина дотронулась до повязки на шее: рану тщательно промыли, потом обработали антисептическим средством. Сколько ещё она проведет в больнице? И как скоро весь этот кошмар закончится? Надо уезжать отсюда в Хабаровск. Во Владивостоке её не ждет ничего хорошего. За две недели надо решить вопросы с Кольцовым, а потом уехать с Димкой куда-нибудь отдохнуть. Только они вдвоем и какой-нибудь необитаемый остров, где не будет никого постороннего.