Вуаль. Крыло шестое

Однако Мальвину, судя по её обескураженному виду, сейчас волновал не вопрос родственных связей. Невская с приоткрытым ртом, косясь то на меня, то на девушку, загибала пальцы на руках.

— Привет, Мил. Давно мы не виделись вот так. — Усмехнувшись, я подмигнул девушке, которая сейчас стеснительно, украдкой поглядывала на меня.

— Д-Да, Стас… Мне просто….

— Не нужно. Я всё понимаю. Ты не знала, как себя вести.

— Да. — Коротко сказала девушка, едва заметно кивнув, поправляя очки. — Волнуешься?

— Есть немного. — Честно признался я, а в следующий момент у меня пропал дар речи, когда Мила взяла меня за руку.

— Не беспокойся о ранах. — Тихо шепнула Морозова, рассматривая свои колени. — Я помогу….

— Кхм… Холодова, вернитесь на своё место. Не отвлекайте князя. Ему нужно… — Морозов не договорил, нахмурившись от того, что начало происходить в следующий момент.

Причины было сразу две. Одна из них Гартинг, который вышел в центр полигона, а вторая то, что свет в зале стал не таким ярким, после чего раздался пронзительный свист, который издаёт обычно микрофон из-за обратной связи.

— Стас, кажется, он поговорить с тобой хочет. — Заключила Невская, указав взглядом в сторону друида.

— Угу… — Задумчиво произнёс я, погладив Милу по руке, вставая со своего места, быстро проверив, что ваджра и реликвия со мной. — Пойду потолкую с ним перед боем, если он так хочет.

— Кхе…Раз-два, раз… Для Стасика. — Прозвучал на весь зал голос Зои, после чего раздалось вступление ударника, и пошёл мощный бас, под рёв электрогитары.

— «Кажется кому-то открутят уши на ушанке… Но всё равно чертовски приятно» — На моём лице невольно проступила улыбка, а волнения как не бывало. — «Спасибо, Зайка».

Судя по положительному отклику зала, мой выход выглядел более чем эпичным.

Я прошёл сквозь жар огня,

Вслед пылала мне земля,

Ветры пели гимны крови…

Был распят я средь толпы,

Сброшен в лоно пустоты,

Проклят был богами ночи…

Я отринул свет и тьму,

Лишь огню теперь служу,

Не блаженству и не боли…

Средь миров мой дом стоит,

В нём очаг всегда горит,

Манит многих против воли…

- «Символично…» — Отметил я, остановившись в метре перед Мартыном, разглядывая пару сдвоенных небольших барабанов у друида на поясе, напоминающих африканские бонго. — Представляться, полагаю, излишне….

— Верно, Станислав. Спасибо, что согласился подойти ко мне. — Голос Гартинга был спокоен и вежлив, будто мы с ним были старыми друзьями. - Ничего, что на «ты»?

— Всё нормально. О чём поговорить хотел, Мартын?

— Не то, чтобы поговорить. Хотя, и это тоже. — Голос друида был так же спокоен. — Не вижу тебя…Посмотреть хотел. Я не делал этого больше пятнадцати лет. В бою будет не до этого….

Пламя играет, льётся свет,

Прошлое тает, но надежды нет!

Пламя играет, но надежды нет!

Горн раскалён, гудит в печи огонь лихих сердец…

Ты никто, здесь я всему венец!

Сквозь дым пройдёшь и сам, войдя в огонь, поймёшь,