Битва при Коррине [litres]

Прошло всего несколько томительно долгих мгновений, и перелет был закончен. По координатам, высветившимся на консоли управления, и по виду созвездий, видимых через иллюминаторы, Вориан понял, что они находятся у цели. Хотя бросок мог оказаться не вполне точным, даже при тщательном задании координат, атакующие суда прибыли в солнечную систему нужной планеты. Остальное было делом традиционной техники.

– Девятнадцать планет, вращающихся вокруг пары карликовых желтых звезд. Совершенно точно, что это система Йондайра, Верховный главнокомандующий, – сказал штурман.

Вздох облегчения послышался на мостике и в других отсеках. Мартиристы снова принялись за молитвы – на этот раз благодарственные.

– Тихо. Дайте мне сведения о потерях в группе.

Его первый и второй помощники – Катарина Омаль и Джимбэй Уит ждали приказаний на своих расположенных неподалеку кораблях. Омаль – высокая, стройная и смуглая – была самой красивой женщиной эскадры. Уит, уже успевший отрастить заметное брюшко к своим двадцати пяти годам, стал адъютантом Вориана в отсутствие Абулурда Харконнена. Уит имел уже боевой опыт и отличался большими талантами в тактике и стратегии, видимо, потому, что происходил из старинной военной семьи. Несколько десятилетий назад, во время атомной бомбардировки Земли, Вориан сражался бок о бок с его дедом.

– Потеряна одна группа, Верховный главнокомандующий, – доложила Омаль.

Вориан принял к сведению доклад, подавив явное выражение неудовольствия от сообщения о гибели корабля и экипажа. Пока все находится в рамках ожидаемых потерь.

Зазвучали сигналы тревоги, на экранах появилось сообщение о неприятностях на борту военного корабля «Разведчик Гинджо», судна с символически неудачным названием. Во флоте Лиги было четыре корабля, названных в честь первого Великого патриарха. Этот преступный и коррумпированный человек не заслуживает того, чтобы хранить о нем благодарную память. Имя, которое украсило бы любой корабль, – это имя Ксавьера Харконнена.

– Возгорание двигателя, – доложил чей-то голос по каналу связи. – Перегружена система Хольцмана. Корабль больше не годен к эксплуатации.

Через стекло иллюминатора Вориан отчетливо видел эту зловещую иллюминацию. Из брюха корабля вырывались огромные языки пламени, через пролом в корпусе с шипением выходил воздух. Захлопнулись аварийные люки, и противопожарные системы корабля остановили распространение огня.

Система оповещения снова ожила. Дежурный с потерпевшего бедствие корабля доложил:

– Что-то стукнуло в двигателе Хольцмана в тот момент, когда мы свертывали пространство. По счастью, мы его проскочили, но на выходе эта штука просто взорвалась. Теперь мы не можем двигаться.

Война полна сюрпризов. Хоть бы один из них был приятным!

В течение следующего часа Вориан следил за эвакуацией экипажа поврежденного корабля и распределял восемьсот добровольцев – мужчин и женщин, в основном пилотов истребителей-бомбардировщиков – по оставшимся на ходу десяти кораблям. Кроме того, ими были взяты на борт все истребители-бомбардировщики типа «кинжал», оснащенные ядерными импульсными боеголовками.