Потому что ты любишь ненавидеть меня: 13 злодейских сказок [Антология]

Я таращился на нее, словно приклеенный, охотник и жертва.

Крылось в ней нечто раздражающее, нервирующее – я сразу это заметил.

То, как она устроилась в этих папоротниках, мягко и ловко, но в то же время и напряженно...

Я подумал, что она, должно быть, танцовщица.

Я был в Нью-Йорке и видел балет – мальчики из рода Валуа получали разностороннее воспитание, и культурой нас не обделяли, пусть большую часть времени мы и проводили в горах. Имелось в этой девушке нечто от худых жилистых балерин.

– Бонжур, ма белле, – сказал я наконец своим наиболее сексуальным, «французским» голосом.

Ее взгляд прошелся по мне сверху донизу, но я не придал этому значения, поскольку привык к вниманию подобного рода. Я покрутил шеей, затем расправил и свел плечи, как будто чувствовал усталость после долгой первобытной охоты с луком в диких местах.

Она поднялась и повернулась ко мне лицом, ее глаза оказались светло-голубыми, яркими и искрящимися... но нечто глубокое пряталось в них, глубокое и меланхоличное. Приятное личико ее имело форму сердечка, на нем выделялись изящно очерченные брови и пухлые губы.

Она была великолепна.

Да, я встречался с девочками красивее. Но не так уж часто.

Я улыбнулся ей, пустив в ход патентованную тысяче-ваттную ухмылку Валуа, но она осталась напряженной и отстраненной, словно я был вовсе не прекрасным образцом рафинированной мужественности, а непредсказуемым диким зверем, что может атаковать в любой момент. Ее глаза то и дело возвращались к моему луку, будто оружие в моих руках заставляло ее нервничать, словно она видела позади меня ряд из призраков животных, убитых с его помощью.

Ну ладно, что же, самое время показать, что я вовсе не дикарь.

– Здравствуй, незнакомка. Я – Брам Валуа Второй... Валуа, как город неподалеку.

Она протянула руку, и позволила ее пожать, но затем вырвала с такой резкостью, будто прикосновение причинило ей боль. Отступила на шаг и вцепилась в свою книгу.

До этого момента я не услышал от нее ни слова.

Новый взгляд на мой лук.

Я прищурился:

– Надеюсь, ты не одна из тех веганок, что готовы обниматься со всеми деревьями? Потому что я охотник, и горжусь этим.

– Нет.

– Что «нет»?

– Я не веганка, готовая обниматься с деревьями.

– Отлично, – я расслабился, и еще раз полыхнул в ее сторону своей улыбочкой. – Что там у тебя, роман? – и я указал подбородкам на книгу в ее руках.

Она покачала головой, и волосы ее закачались из стороны в сторону.

– Что же тогда? Книга заклинаний? Или ты читаешь о травах, ядах и кипящих котлах? Ведь девушка зайдет в такую чащобу лишь ради по-настоящему грязного любовного романа или нью-эйдж-викканского куска дерьма в виде справочника по магии.

Она рассмеялась, и смех ее оказался приятным.

Этого нельзя сказать о многих девушках – некоторые барышни, с которыми я оказывался в компании, издавали смех немощный, ненатуральный или принужденный. Только ее смех был искренним. Искренним и неистовым, как зимний ураган в Скалистых горах, что насыпает три фута снега за двадцать четыре часа.