Закатиглазка [СИ]

— Мне не поверят, — прохрипел Кобольд — откуда у полковника милиции Toyota Land Cruser 200?

— Поверят, — сказал следователь — мы живём в сказочном королевстве, и подобные чудеса, уже, давно никого не уивляют.

— В сказочном? — переспросил гном-то есть это всё, как бы, не по настоящему?

— Конечно, — почти ласково отвечал следователь — на самом деле, взаправду, такого не бывает, это просто выдумка, — он встал Из-за стола, и обойдя его, протянул гному папку и ручку — подписывай, не бойся.

Кобольд взглянул на лист, который ему предлагалось подписать, смог различить, только, слова «с моих слов записано верно».

— Не хочу — не буду! — неожида взбрыкнул Гном и забился на стуле, кок пойманная птичка.

— Вот тебе раз. — следователь разочарованно бросил папку на стол.

— Разрешите я его проконсультирую! — попросил у следователя адвокат.

— Не надо, — отмахнулся следователь — ты его так до смерти законсультируешь и кого я, потом, в суд передам? — он открыл верхний ящик стола и что-то искал — Ничего, у нас против таких смутьянов метода имеется, — следователь вынул из ящика чёрный полиэтиленовый пакет и пузырёк с прозрачной жидкостью.

Следователь открутил крышечку пузырька и помещение, сразу, наполнилось резким едким запахом нашатыря, следователь аккуратно налил жидкость в крышечку.

— Что-то многовато, — проворчал он — ну ничего, вытерпит, — и вылил содержимое крышечки в пакет, после чего передал его адвокату со словами — сам знаешь что с этим делать.

Адвокат кивнул и медленно обернулся к гному.

Кобольд начал догадываться, что нашатырным спиртом здесь пользуются, явно, не для приведения в чувство (на этот случай использовались тлеющие окурки).

Адвокат занёс пакет над головой Гнома, на Кобольда повеяло удушливой вонью нашатыря и он, сам от себя не ожидая, принялся скандировать:

— Милиция с народом! Милиция с народом!

Сложно понять, чего же именно хотел добиться, скандируя этот лозунг, Гном, но на тех кого он причислял с народом, это, действительно, произвело эффект, следователь и адвокат дружно захихикали, причём у следователя, даже, из левой ноздри вздулся пузырь, и громко лопнул, оросив папку с документами и, тут, же, резким движением, адвокат натянул Кобольду на голову пакет по самые плечи.

Дивные вещи, должно быть, видел в пакете Гном, ибо так тряс ногами и выгинался, что адвокату пришлось удерживать стул, что бы клиент не опрокинулся.

Когда пакет сняли, то лицо гнома предстало свету с разительными изминениями, кожа из картофельного цвета стала жёлто — фиолетовой, обильные мокроты изо рта и носа заливали куцый небритый подбородочек, жёсткие грязные волосы стояли дыбом.

— Я всё подпишу. — захрипел Гном, хватая ртом воздух.

— Видите, а вы говорили, что я с клиентом работать не умею, — адвокат озорно подмигнул следователю — меня, хоть, сейчас в совет по правам человека.

— Выдвинем, — совершенно серьёзно сказал следователь и повторно протянул Гному ручку и папку — подписывай.