Драконий камень

— Так у тебя есть ещё патроны?

— Последние отдала. Вам их лет на десять должно было хватить, — на лице Дарьюшки возникло угрюмое выражение. — Эти события предвестники большой войны. Дети мои, в непростое время вы живёте, — сокрушённо покачала она головой.

— А мы ещё и твой сервиз переплавили, — с грустью произнесла Рита.

— Для этой цели я и дала его тебе, внученька, — горестно вздохнула Дарьюшка. — Это был стратегический запас. Но славу богу у меня есть старинная ваза, ещё со времён Христа осталась, — у Эдика от удивления округлились глаза, но Дарьюшка продолжила говорить будничным тоном, — она из серебра страшной разрушительной силы. Это благородный металл из земель драконов. Да деточки, есть такая страна. Это удивительная и чрезвычайно опасная земля.

— А Кирилл дракон и Катя тоже, — не удержавшись, с гордостью выпалила Рита.

— Засветились уже, — неожиданно нахмурилась Дарьюшка. — Ты внученька, светлая моя душа, даже отцу своему об этом не говори, — она внимательно посмотрела на Кирилла и ещё больше нахмурилась:

— Камень едва не захлебнулся твоей кровью. Это не твоя вина, но ты уже другой. Ты как сейчас мир воспринимаешь? — неожиданно с грустью спросила она.

От её слов Кириллу стало жарко, а ведь действительно всё поменялось. Он прислушался к внутренним ощущениям и задумчиво произнёс:

— Словно всё стало контрастным, оголённым…

— Вот и души людей будут для тебя оголённые. Можешь не разобраться. Тебе заново надо учиться различать полутона. Не ровен час решишь, что вокруг сплошное зверьё, наломаешь дров. Задерживаться в Севастополе вам не стоит, пора в Москву собираться, предстать под ясные очи Белова Леонида Фёдоровича. Хотя, насколько они у него ясные, уже не знаю. Помню его ещё мальчишкой, голопузым, честным и справедливым, но это было в другой жизни, — задумалась старушка. Она тихо подошла к диванчику на котором безмятежно спала маленькая девочка, поправила одеяло и горестно вздохнула:

— Глаз да глаз за ней нужен, сорванец ещё тот!

— Лаура? — догадался Кирилл.

— Она тоже всё воспринимает без полутонов. У неё очень сложный возраст. Сейчас не догляжу, и все люди для неё станут насекомыми, а у рептилий это еда.

— Ужас какой, — вздрогнула Катя, с непонятным любопытством разглядывая спящую девочку.

— Ужас не она, а вы! — внезапно сверкнула очами Дарьюшка, но взгляд моментально потеплел. — Вам надо очень серьёзно работать над своими чувствами, иначе отступитесь от кодекса чистильщиков и окажетесь по другую сторону баррикад… и на вас объявят охоту. Ну надо же, упырей в бедную Прибалтику отпустили! А ведь там и без всякой нечисти дерьма, как дрожжей в сортире! — всплеснула она руками. Но старушка быстро справилась с эмоциями, оставила не в меру расшалившемуся коту изодранный тапок, позвала всех пить чай с клубничным варением. Лишь под утро они распрощались и, испытывая противоречивые чувства, вышли на улицу…

… У Риты дома было чисто и уютно. Вазу, подарок Дарьюшки, она поставила на круглый столик с витыми ножками и вздохнула, глядя на такую красоту. Неужели придётся её переплавлять?