Сталь и пламя

- А кто знает?

- Корнот. Он такой высокий, со шрамом под левым глазом. Он главный. Был.

Серов бросил вопросительный взгляд на стоящего тут же бойца. Тот молча кивнул подтверждая, что такой был.

- Что-то интересное находили?

- Нет, ваша милость.

- Тащи сюда, я гляну.

Боец замялся, но под вопросительным взглядом барона быстро стушевался и бегом выскочил из камеры. Вернулся он только минут через пять, что было явно больше, чем нужно для того, чтобы просто взять все в одном месте.

- Уже растащили по карманам? – Вопросительно-утвердительно произнес Серов. Он в общем то был не против – все равно мелочевку не проконтролируешь, соответственно и запрещать бессмысленно.

Среди действительно всякого хлама на глаза бросилась одна необычная монета. Вернее, половинка гроута, отломанная как будто специально. Вообще качество местных монет было весьма разнообразным, варьируясь в широком диапазоне от плохого до просто отвратительного. Порой монета была истерта так, что по весу выходила в два раза меньше положенного, поэтому хоть сколько-нибудь крупные операции проводились больше по весу, чем по счету.

Серов бы и не обратил внимание на монету, но где-то в прочитанной много лет назад приключенческой книге он встречал такой способ идентификации – путем складывания двух половинок одной монеты. В общем, черт его знает был это своеобразный пароль или просто порченная монета, но капитан решил на всякий случай ее изъять.

- Вот это я пожалуй заберу, а остальной можешь уносить, - бойца уплывающая монета конечно расстроила, но виду он не подал. Серов достал кошель, выудил оттуда целый гроут и протянул ее удивленному тюремщику. – На, это тебе за честность. Мог зажилить, но не сделал этого. Я ценю в своих людях эту черту.

- Ну ладно, вернемся к нашим баранам, кто заказчик ты не знаешь, но как звучал заказ точно слышал. Какой приказ озвучил вам ваш главный?

- Устроить засаду, всех убить, принести подтверждение.

- Какое подтверждение? – Заинтересовался Александр.

- Точно не знаю, Корнот сказал, что будет какая-то черная кривая железяка, которую барон якобы постоянно таскает с собой.

- Черная… кривая… - Серова неожиданно пристрелило.

«Это же пистолет! Спалился, таки», - мысленно скривился капитан. – «Ну да, учитывая, как часто я свечу огнестрел, было бы странно, если бы этим никто не заинтересовался».

Допрос продолжался еще некоторое время, сначала просто так, потом с применение разных подручных средств, но ничего нового, кроме мелких подробностей, пленник так и не рассказал. То ли был героем аки белорусский партизан, либо, что вероятнее, действительно ничего не знал.

Для того, чтобы обдумать поступившую информацию, барон забрался на сое излюбленное место не вершине надвратной башни. Казалось бы, жизнь должна была после окончания боевых действий войти в какое-то спокойное русло, но вот – случай подкинул новый повод для беспокойства. Вообще Серов каким-то восьмым чувством ощущал все сильнее уплотняющееся внимание к своей персоне, и что с этим делать, было абсолютно не понятно.