Навечно разрушен [ЛП]

Я громко бормочу себе под нос, моля бога, чтобы они услышали, как я кричу! Но меня не слышно, потому что никто не пошевелился.

— Откуда нам знать, сдержишь ли ты свое слово?

Макс что-то бормочет по-русски, и я чувствую, как стул, на котором я сижу, шевелится.

— Может быть, их нужно убедить?

Стул двигается, и с моих глаз срывают повязку. Я вижу Карсона и Джейса, которые с убийственной решимостью пытаются добраться до меня. Слезы наполняют мое зрение. Они в ловушке, не в силах вырваться. Они так близко, и в то же время так далеко, а я беспомощно застряла.

— Отпусти меня, figlio di puttana! — Карсон чертыхается, яростно извиваясь в руках здоровяка.

— Вы гребаные ублюдки! — Джейс кричит с такой мстительностью в голосе, что на это трудно смотреть.

— Ну, что скажете, ребята? Договорились?

Еще больше слез льется из моих глаз, когда я резко качаю головой, молясь, чтобы они поняли. Не делайте этого, черт возьми! Пожалуйста! Я не могу потерять вас обоих

— Договорились. Просто отпусти ее, мать твою! — убежденно заявляет Джейс.

Мой полный слез взгляд находит Карсона, и он склоняет голову, выглядя таким же побежденным, как и я.

— Договорились.

Рыдание, которое не может скрыть даже клейкая лента, прорывается сквозь меня, и оба мужчины смотрят на меня так, как будто это единственный выбор, который у них остался, как будто оставить меня здесь — это не вариант. Один из них готов отдать свою жизнь, лишь бы спасти мою, а я этого не заслуживаю. Я не стою этого. Карсон поклялся моему отцу, что умрет за меня, если до этого дойдет, но мой брат? Он заключил сделку, и у меня даже нет шанса сказать, что я люблю его, в последний раз. И даже после того, что произошло между мной и Карсоном, мысль о том, что я никогда больше не увижу его, наполняет меня огромной печалью, потому что даже после всего, что произошло, я все еще отчаянно люблю его.

В этот момент я действительно чувствую себя беспомощной и удивляюсь, насколько легче было бы все это, если бы я просто приняла свою судьбу и позволила рукам похитителей убить меня.

— Сэр, итальянцы проникли в подразделение! Они направляются сюда!

— Блять! Одному из вас лучше быть мертвым к тому времени, как они доберутся сюда! Если нет… — Макс хватает пистолет, грубо оттягивает мои волосы назад и подставляет пистолет мне под подбородок. — Откровенно говоря, мне плевать на ребенка. Для меня это ничего не значит. Я убью ее, если в ближайшее время не увижу, как одно из ваших тел истекает кровью на полу.

Дмитрий выглядит так, словно вот-вот сорвется.

— Тащите их туда! — кричит он, выкрикивая приказы по-русски людям, держащим Карсона и Джейса.

Я борюсь в объятиях Макса, чуть не падая. Он еще крепче дергает меня за волосы.

— Ты будешь смотреть, — требует он, и у меня нет другого выбора.

Я смотрю, как человек, которого я люблю, и мой любимый брат склоняют головы в знак уважения друг к другу, принимая ужасный поворот судьбы, который свалился на них из-за меня. Дмитрий запирает их в клетку.