Зачарованный терем

— Ладон он по деду со стороны матери. А с Волком у него произошла беда. Когда наступил момент первого оборота, а он особенно тяжело переносится, с Олевом приключилась странная болезнь. Он почти месяц провалялся в горячке. Ни один лекарь не смог определить, что это такое. Олев бредил и просил какую-то Нюру о помощи. Однажды он очнулся и, улыбаясь, сказал: «Она поможет. Она обещала».

— Но только Олев не Волк. Он — Рысь, — удивила я Елисея.

— Ры-ысь?! Это что же получается? Олев унаследовал Силу и оборот прадеда, деда отца. Силён будет парень, силён. Подожди, а ты откуда знаешь?

— А мне Нюра сказала, — засмеялась я в ответ.

— После болезни, — продолжил Елисей, — он так и не смог обернуться. Но в двадцать пять лет, когда их неразлучная восьмёрка была на летней практике в горах, он обернулся в Ладона. Вот тогда они договорились скрывать проявление вторых своих ипостасей. Каждый из них не хотел в то время стать претендентом на княжение.

— И Борис, Имир, Волес, Юроват, Надей, Всеслав. У них и сейчас по одной ипостаси. А им уже по двадцать семь и двадцать пять лет. Должен появиться Ладон.

— А ты для чего? Сама же затеяла этот разговор, чтобы подвести к необходимости посещать ребятам Грааль раз в десять дней вместе с вами. Так?

— Конечно! — Я рассмеялась. — Только им помогу не я, а Грааль.

— А я подумал, ты скажешь, что им поможет Нюра. С друзьями разобрались. А почему ты хочешь, чтобы к Граалю ходили братья? У них ведь не будет второй ипостаси. Они потомки отколовшихся эльфов. А эльфы не имеют вторых обличий.

— Ты забыл, что рассказал Баграт? У них уже почти есть вторая ипостась — Змей. Им уже по двадцать лет. Может они уже оборачивались?

— В Змеев они с пяти лет оборачиваются. Иначе не выжить.

— Елисей, ты не знаешь, как завести банника или банницу? О то у нас баня без хозяина. Не хорошо.

— Ну, у тебя и переходы! С оборотов друзей на банника, — смеясь, проговорил Елисей. — Я не знаю, но постараюсь через друзей и знакомых узнать или переселить откуда-нибудь. Может из другого мира.

— У нас домовые с Земли. Как сюда попали, не знаю.

— А почему Светозара не спросили?

— Так мы тогда не знали, что они из нашего мира, а когда узнали, Светозара уже не было.

— Так у Селиверста бы узнали.

— Они не помнят. Видимо с ними что-то страшное произошло, что память заблокировало.

— Вот вы где! — на крыше нарисовались мои «телохранители». — Решаете мировые проблемы? — спросил Ольх, присаживаясь на лежак напротив.

— А мы думали, вы уединились о высоких чувствах порассуждать, — разочарованно протянул Радим, устраиваясь рядом с Ольхом.

Елисей засмеялся, чмокнул меня в щёку.

— Я тоже так думал, что веду Анну поговорить о высоких чувствах, а она всё о вас, да о вас. О горькой судьбе вашей.

— И чем же наша судьба горька? — поинтересовался Радим.