Советская Россия, Аравия и Персидский залив. Документированные страницы истории

С учетом всего сказанного выше позиция Эр-Рияда в отношении Каира и плана Насера по созданию тройственного союза в лице Египта, Сирии и Саудовской Аравии для координации действий в межарабских делах и на международной арене резко поменялась. Так, в марте 1956 г., посещая Каир для переговоров с Г. Насером и прибывшим туда президентом Сирии Шукри Куатли, король Са’уд ибн ‘Абд ал-‘Азиз положительно в целом реагировал на предложение Насера о заключении тройственного пакта о сотрудничестве и братстве. Но на состоявшейся в том же году сирийско-саудовско-египетской встрече в верхах (Дахран, сентябрь 1956 г.) с подписанием такового, принимая во внимание рельефно обозначившиеся амбиции Каира на лидерство в арабском мире и накалившуюся обстановку в регионе вследствие национализации Суэцкого канала, предложил несколько повременить (5). Более того, решил пересмотреть свои отношения с Г. А. Насером – постепенно и мягко, насколько можно, свернуть их, сократить до минимума. К тому времени он уже четко осознал, что роль, которую ему отвел президент Египта, состояла только в том, чтобы быть «кошельком» Насера и проводником его политики среди мусульман-паломников.

Играть такую роль он не хотел. И когда в конце 1956 г. американцы предложили ему позабыть обо всем негативном, что имело место быть между ними в прошлом, и встать во главе их сторонников на Ближнем Востоке, то он, не раздумывая, согласился. И взял линию на наращивание сотрудничества с Соединенными Штатами. В январе 1957 г. состоялся его официальный визит в США. Прибыл он сначала в Нью-Йорк, на американском океанском лайнере «Конституция» (SS Constitution) из Неаполя. На причал сошел с малолетним больным сыном Машхуром на руках, которого привез с собой на лечение в Америку. 30 января 1957 г. вылетел из Нью-Йорка в Вашингтон, где в аэропорту его встречал президент Эйзенхауэр. К слову, король Са’уд был первым из глав иностранных государств, которого президент Эйзенхауэр удостоил такой чести. В ходе официальных переговоров король Са’уд дал согласие на продление договора с США об использовании ими военной базы в Дахране (сроком на пять лет), а взамен получил предоставленный ему Вашингтоном солидный пакет военной и экономической помощи (на сумму в 180 млн. долларов). Американцы обязались поставить Эр-Рияду военно-морское, военно-воздушное и наземное снаряжение, отправить для работы в Саудовскую Аравию военных техников, оказать помощь в подготовке саудовских летчиков и предоставить заем на реконструкцию порта в Даммаме. Во время беседы с президентом в Белом доме монарх Саудовской Аравии высказался в поддержку ближневосточной «доктрины Эйзенхауэра» и продемонстрировал готовность содействовать ее практической реализации. Антисоветское острие данной доктрины, нацеленной на то, чтобы не допустить «дальнейшего продвижения Москвы на Ближний Восток», ограничив сферу влияния СССР в данном регионе Египтом, просматривалось невооруженным взглядом. Естественно, это не могло не повлиять на настроения Москвы в плане определения ею политико-дипломатических ориентиров относительно Саудовской Аравии (6). Возможность восстановления советско-саудовских отношений в очередной раз затуманилась.