Электронная книга - «Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
Третий том полного собрания сочинений «Агата Кристи в трёх томах». В хронологическом порядке, с разделением по циклам, переводчики и год первой публикации указаны в конце каждого произведения. Сборка: Diximir (YouTube) 2021 г.
Она поклялась бы, что ее жемчужина и в самом деле чуть не выпала из уха. А я в это время уже закатал ее в пластилин, лежавший в моем кармане. Вот и все. Не очень-то честно я поступил, признаюсь! Теперь ваша очередь, скажите…
— Я мало что могу сказать, — ответил Паркер Пайн. — Я обратил внимание, что только вы один все время подбирали что-то с земли, и я разгадал вашу хитрость. А потом… вчера вечером вы чересчур горячо спорили о честности, будто хотели убедить в чем-то самого себя… и чересчур презрительно отзывались о деньгах.
Лицо ученого выражало усталость.
— Вот и все! — сказал он. — Для меня все кончено. Вы, конечно, вернете малютке ее игрушку? Варварский инстинкт женщин украшать себя вечен и восходит к эре палеолита…
— Мне кажется, вы плохо думаете о мисс Блондел: она умна и, более того, сердечна. Думаю, она никому об этом не скажет.
— Но ее отец не столь великодушен и не последует ее примеру.
— Напротив. Понимаете, у «па» есть причины молчать: эта жемчужина не стоит сорока тысяч долларов. Ее можно купить всего-навсего за пятьсот франков!
— Как это так?
— Да очень просто! Крошка этого не знает. Я заподозрил это еще вчера, когда Блондел слишком расхвастался своим богатством. Когда дела хороши, нечего блефовать! А американец поддался искушению!
Доктор Кервер расхохотался, как мальчишка, и еле проговорил, не в силах унять этот хохот:
— Значит… мы… все… бедняки?!
— Именно! — кивнул Паркер Пайн. — Я вспомнил на этот счет одно мудрое изречение: «Когда чувствуешь себя равным другому, становишься альтруистом».
1936 г.
Перевод: П. Рубцов
Смерть на Ниле
Леди Гриль нервничала. Она стала жаловаться, едва только ступила ногой на палубу парохода: ей сразу не понравилась ее каюта. Утреннее солнце она еще как-то, с трудом, могла переносить, но полуденное!.. Ее племянница Памела Гриль услужливо предложила поменяться с нею: каюта Памелы была на противоположной стороне парохода. Леди Гриль неохотно согласилась.
Она злилась на свою сиделку мисс Мак-Найтон, которая подавала ей шарф, когда тот ей вовсе не требовался; зато зачем-то упаковала ее маленькую подушку, без которой она совершенно не могла обходиться. Она без конца ругалась с мужем, сэром Джорджем, который перед отплытием купил ей колье, — она хотела ляпис-лазурь, а не кораллы, поэтому она то и дело называла его дураком.
Сэр Джордж удрученно отвечал:
— Мне очень жаль, дорогая. Хочешь, я поеду и обменяю это колье? Время еще есть.
Она не поносила разве что одного Бэвила Уэста, секретаря мужа, потому что этого никто не мог бы сделать: у него была совершенно обезоруживающая улыбка. Поэтому ярость леди Гриль изливалась исключительно на переводчика, невозмутимого, вальяжного, модно одетого джентльмена. Едва она заметила, что кто-то сидит в кресле на палубе, она тотчас поняла, что это пассажир, и вознегодовала еще более:
— В конторе компании меня заверяли, что мы будем единственными пассажирами! Что сезон кончается и больше никого на пароходе, кроме нас, не будет!
— Так и есть! — ответил Мохаммед. — Вы, ваша свита и один этот джентльмен — вот и все пассажиры!
— Нет! Вы лжете! Что делает здесь этот человек?
— Он приехал позднее, мэм. После того, как вы купили билеты. Он решился ехать только сегодня утром.
— Это злоупотребление доверием! Вы не находите?
— Все будет отлично, мэм. Он очень любезный джентльмен, очень спокойный и обходительный.
— Вы идиот и ничего не понимаете в людях! Где вы, мисс Мак-Найтон? Ах вот вы где! Сколько раз вам повторять, чтобы вы все время были около меня: мне в любой момент может стать дурно. Отведите меня в мою каюту. Дайте мне аспирин и не позволяйте Мохаммеду приближаться. Он только и знает, что повторять как попугай: «все хорошо», «все хорошо», хоть лопни!
