Дневник плохого парня [ЛП]

Я знала, что это случится.

Это не первый раз, когда он упоминает о том, что хочет рассказать о нас моему отцу, и думаю, это потому, что очень уважает моего отца, и утаивание чего-то подобного от него сводит Роарка с ума. Но я очень нервничаю. Знаю, что Роарк нравится папе, и он его уважает, но отец всегда был защитником, и, учитывая историю Роарка, не уверена, что он тот парень, которого папа выбрал бы для меня.

Но Роарк — это гораздо больше, чем его прошлое. Он защитник, милый и заботится обо мне больше, чем кто-либо, включая моего отца, если такое возможно. Он сделает для меня все, что угодно, и стремится каждый день вызывать улыбку на моем лице. Именно на эти качества я хочу обратить внимание, когда буду говорить с отцом о Роарке, и думаю, что если применю такой подход, он вполне может одобрить его.

Мне нужно найти подходящее время.

В отношениях с отцом все зависит от времени; я поняла это на собственном горьком опыте. До сих пор помню, как в школе я сказала ему, что иду на свидание с Люком Джеймсоном. Я сказала ему за пять минут до появления Люка. Нет нужды говорить, что отец, ростом метр восемьдесят три, был довольно устрашающим для бедного Люка, и также нет нужды говорить, что свидание не состоялось. И после этого меня никогда не приглашали на свидания на протяжении всей средней школы...

Или когда я сказала ему, что подумываю о том, чтобы поехать учиться за пределы штата, что больше не хочу жить в Техасе и хочу переехать в Нью-Йорк, где он провел много лет, играя в футбол. Он был не в восторге, потому что хотел, чтобы я была в безопасности в уютном техасском уголке. Да, я была книжным червем и не разбиралась в мире, но хотела это изменить. Забавно, но именно Мэдди заставила меня нарушить комендантский час после всех моих протестов по поводу того, что я достаточно взрослая, чтобы начать жить в городе. Он всегда хотел быть тем, кто защищает меня, накладывает вето на все, что, по его мнению, может негативно отразиться на мне.

Так что с Роарком нужно действовать осторожно. Я знаю, что папа заботится о нем, мне просто нужно убедиться, что он в хорошем состоянии, чтобы узнать о новом статусе наших отношений.

Отломив кусок пирога вилкой, подношу его ко рту и начинаю жевать, уставившись на десерт.

— Думаю, у нас еще есть время, прежде чем мы расскажем ему.

— Неужели? — спрашивает Роарк, откидываясь на спинку стула, его большая рука лежит на стуле рядом с ним. Без рубашки, при каждом движении мышцы его груди сокращаются, глаза устремлены на меня, а непокорные волосы падают на лоб. — Ты думаешь, у нас еще есть время? Что это значит?

Он не злится, не расстроен, ему просто интересно. Это еще больше заставляет меня нервничать.

— Думаю нам нужно узнать друг друга получше, прежде чем расскажем о наших отношениях папе.

— Ты передумала, крошка?

— Что? Нет. Конечно, нет. — Я делаю глубокий вдох. — Мне нравится, как развиваются наши отношения, и я не хочу терять это. — Прикусываю нижнюю губу и признаюсь ему в своем самом большом страхе: — А если он не одобрит, Роарк? Что тогда? Я не хочу потерять тебя.