Народный Пётр. Полное собрание анекдотов и сказаний о Петре Великом
- Автор: Гусляров Евгений Николаевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Народный Пётр. Полное собрание анекдотов и сказаний о Петре Великом». Краткое содержание книги:
Кривошлык М.Г. Исторические анекдоты из жизни русских замечательных людей. М.: Издательско-полиграфическая фирма «АНС-Принт» Ассоциации «Новый стиль», 1991.
Маменькин сынок
Государь имел не малую трудность довести городовых дворян своих до того, чтобы они добровольно отдавали детей своих в службу.
Одна дворянка вдова, быв принуждена строгостию указов разлучиться с считающимся в недорослях восемнадцатилетним любезным сынком своим, привезя его в Петербург, записала в Ингерманландский полк, в солдаты.
За несколько же пред тем лет, этою же вдовою отдан был в солдаты дворовый её человек, по имени Иван; он выучился в службе грамоте, проворством и расторопностию своею скоро дослужился в том же самом полку до сержанта и прежний его барин, помянутый недоросль, сделался по команде от него зависящим. Но городской дворянин полагал, что сержант его всё ещё тот же Ванька, который был и прежде, и что потому не может он им повелевать, а потому не хотел он исполнять приказов его. Сержант за ослушание жестоко наказал бывшего господина палкою; а тот разжаловался матушке своей, что Ванька больно прибил.
Мать взвыла, и думала найти управу на него у государя; она со слезами жалуется монарху на Ваньку, объясняя, что тот, быв прежде слугою, прибил своего господина не на живот, а на смерть.
Государь, расспрося её кто Ванька и кто сын её и, узнав, что Ванька сержант, а сын её солдат, – приказал обоих представить к себе и спрашивает сержанта:
– За что ты бил сына этой старухи?
– За непослушание, – ответствует сержант, – я приказывал ему быть в четвёртом часу к ученью, а он не послушался и не пришёл. Я велел его привести силою и наказал, как ослушника.
Государь, быв на то время весел, и ободряя его мановением, спросил:
– Да как ты его бил?
Сержант, поняв намерение государя, поставил Ваньку в позитуру, дал ещё нисколько ударов палкою, приговаривая: «не ослушайся, не ослушайся!».
– Вот так я бил его, государь!
Мать завыла, а монарх сказал:
– Видишь, старуха, какой Ванька-то твой озорник, и в моём присутствии не унимается! Я советую тебе поскорее уйти, чтобы и самой чего от него не досталось: видь за непослушание, везде бьют.
Достопамятные сказания о жизни и делах Петра Великого, собранные редакциею журнала «Русская старина». С.-Петербург, 1876.
«Мы теперь в большом мире…»
По привезении Готторпского глобуса*
*Огромный глобус из Готторпа был привезён в Петербург в 1715 году и поставлен в помещении, где прежде содержался слон, подаренный царю персидским послом Фазл Али-беком от шахиншаха в 1712 году. Ред.
в Петербург и постановлении оного близ Летнего дворца в особом месте, часто хаживал Пётр Великий его смотреть. А как в сём глобусе толико есть пространства, что за круглым столом на лавках десяти человек сидеть можно, то единожды государь Блументросту*,
Блументрост Иван-Богдан (Деодат) (1676—1756) – доктор медицины, с 1722 года президент медицинской канцелярии. Ред.
мужу учёному, сказал: «Мы теперь в большом мире. Этот мир есть в нас, тако миры суть в мире» *.
*Здесь Петр I перефразировал древнейшую философскую идею об аналогии макрокосма (внешнего мира) и микрокосма (человека). Ред.
Не дальновидная ли мысль сия, заключающая в себе познание миров?
Андрей Нартов. Достопамятные повествования и речи Петра Великого. Россию поднял на дыбы Т.2. М.: Молодая гвардия, 1987.
Сколько давать жалованья иностранцам
Государь вникал во всё, и при найме в службу иностранцев взвешивал лично не только знание, но ум, образ жизни и даже соображал по нациям, кому какое дать жалование.
Однажды надлежало принять нескольких ремесленников и художников из иностранцев на службу в Россию. Адмиралтейская Коллегия слишком затруднялась, какое определить жалование вновь поступающим, тогда Государь сказал:
– В отношении вновь принимаемых на службу нужно не только сообразоваться со степенью знания и ожидаемой от того пользы, но также с их отечеством, и потому с различием их национальнаго характера: французу всегда нужно давать более жалования, потому что он любит повеселиться и расточает в государстве всё то, что от него получает; немцу также не меньше, потому что он любит xopoший стол, или и оставляет себе мало, a нет так и совсем проживёт всё им полученное; англичанину нужно давать несколько более, потому что он любит хорошо пожить, так что можно иногда надбавлять сверх заслуженнёго; но голландцу уже меньше, потому что он едва до сыта наедается, чтобы только скопить поболее денег; а итальянцу ещё менее, потому что он со своей умеренностью мало расходуется и всем и каждому объясняет, что он живёт вне своего отечества, потому только, чтобы скопив капитал, отправиться в свой рай – Италию, где денег мало и там проживать их помаленьку.