Глаза смерти (СИ)
- Автор: Omega-in-exile
- Язык: русский
- Жанр: Мистика
Электронная книга - «Глаза смерти (СИ)». Краткое содержание книги:
- Я предпочитаю заниматься этим для удовольствия, а не в медицинских целях! Надень что-нибудь сверху, – не допускающим возражений тоном приказал Артур.
- Хорошо, – сдался Джеймс. – Как скажет мой прекрасный принц.
Он надел легкий хлопковый пиджак, и они отправились в город. Артуру стало спокойнее, когда он увидел, что их сопровождают два автомобиля охраны. Они остановились в самом центре шумного городка, на маленькой площади и дальше пошли пешком, к набережной, у которой стояло множество рыбацких судов и маленьких яхт. Артур никогда прежде не замечал за сиятельным графом Лэнтоном подобного демократизма. Джеймс как истинный аристократ терпеть не мог плебеев, а уж тем более смешиваться с ними в толпе. Артур же, хоть и не был аристократом, но в больших скоплениях людей всегда чувствовал себя плохо. К этому добавлялись его страхи, которые становились просто навязчивыми.
Но в этот раз ему было удивительно хорошо. Юноша вдыхал морской воздух, запах рыбы и устриц и чувствовал, что страхи отступают. Охрана держалась незаметно, рассыпавшись по толпе. Шумная набережная была уставлена прилавками и большими тележками с горами устриц. Подобного Артуру еще не доводилось видеть. Здесь были самые разные устрицы – помельче, покрупнее, выведенные искусственно и дикие.
- Самые вкусные, конечно, дикие, – объяснил Артуру Джеймс, подходя к прилавку и заказывая сразу две дюжины. – Не выращенные на плантациях, а взятые в море.
- Ого! Я поражен.
- Чему именно? Тому, что дикие устрицы самые вкусные?
- Нет, тому, что ты покупаешь их самолично, прямо на улице. Глазам своим не верю. А где мы будем их есть?
- Прямо здесь, на набережной.
- Здесь?? Из пластиковых тарелок??
- Моего принца это смущает?
- Я не принц, а простой смертный, меня этим не смутить. Но вы, граф, вы? Вы-то как можете? – поддел Артур своего любовника.
- Не поверишь, но в детстве, когда я приезжал сюда на каникулы к деду, я часто убегал в Канкаль. Покупал устрицы и лопал их прямо здесь, на набережной, сидя на парапете. Это было ни с чем несравнимо, одно из самых лучших воспоминаний детства! Знаешь, Артур, если бы я мог, то никогда не ел бы устрицы в ресторане, а только здесь. Море, ветер… Устрицы.
- Ничего себе! Какие скелеты, оказывается, хранятся в шкафу графа Лэнтона!
- Не скелеты, всего лишь раковины от устриц, – рассмеялся Джеймс.
- А как же вино! – спохватился Артур. – Шампанское к устрицам! И лимоны. Хм, я вижу, здесь в магазинчиках продают только дешевое белое. Неужели граф Лэнтон в своей демократичности снизойдет и до этого?
- Нет, демократичность графа Лэнтона на здешнее отвратительное пойло не распространяется. Это была бы уже не демократичность, а грязное надругательство над вкусом. Лимоны и шампанское у телохранителей.
- Вот как? Неужели они тащат с собой ведерко со льдом?
- Нет. Придется обойтись.
- Кажется, на будущей неделе мы снова приглашены на прием к леди Ферфакс?
- К чему ты клонишь? – нахмурился Джемс.
- Думаю там рассказать, как граф Лэнтон пил шампанское ценой в несколько тысяч евро из пластиковых стаканчиков прямо на набережной в богом забытом бретонском городке. Это наверняка произведет фуррор.
Они сели за деревянный столик прямо у воды и принялись наслаждаться устрицами с лимонами и шампанским.
- Кстати, – спросил Артур, испытующе глядя на Джеймса. – Судя по всему, ты простил старушку Ферфакс? Иначе с чего бы ты в этот раз принял ее приглашение?
В глазах Джеймса сверкнул мстительный огонь.
- Старушке пришлось понести финансовые потери, – угрюмо бросил он. –Надеюсь, это стало хорошим уроком для старой сводни.
- Но зачем ты снова принял ее приглашение?
- У нее собираются люди, с которыми мне необходимо общаться, – пожал плечами Джеймс. – Просто не хочется упускать такую возможность.
- Может быть, мне не стоит ехать? Я вовсе не горю желанием общаться со старыми сплетницами и воротилами из Сити. Сплетницы стразу пытаются вызнать что-то про нас с тобой, а воротилы способны говорить лишь о курсах валют.
- Почему только о курсах валют? Кажется, ты с кем-то из них вел беседу о ситуации в Тайваньском проливе, если мне не изменяет память.
- Это был бывший британский посол в Пекине. Но все-таки, Джеймс! Зачем ты меня туда тащишь?
- Артур, – Джеймс смотрел на юношу очень серьезно. – Ты приглашен, и если не придешь, даже под самым благовидным предлогом, все решат, что я боюсь выводить тебя в свет из ревности. А я уже достаточно побыл предметом насмешек по милости одного очаровательного черноглазого блондина. С меня довольно. Ты пойдешь со мной, и точка.
Артур пожал плечами и ничего не сказал.
Покончив с устрицами, они прошлись по набережной, а затем свернули в лабиринт узеньких улочек, чтобы пройти к ожидавшим их на площади автомобилям. Телохранители следовали рядом. Артур был спокоен и расслаблен. Джеймс взял его под руку.
- Не боишься скандала? – спросил Артур.
- Здесь нас никто не знает.
- Но по Лондону ты бы пройтись со мной под руку не решился.
- По Лондону я обычно передвигаюсь в автомобиле, – усмехнулся Джеймс. – Хотя и люблю пешие прогулки. Послушай, малыш, да, мы должны соблюдать условности. Возможно, их слишком много, и меня они тоже тяготят. Но, поверь, когда-нибудь…
В этот момент раздался легкий скрип, на который Артур поначалу не обратил внимания. Это приоткрылась дверь в доме, мимо которого они сейчас проходили. Дверь в доме, казавшемся необитаемом, наглухо заколоченном. Дверь – старая, рассохшаяся, которую, должно быть, не открывали годами. И в черном проеме Артур увидел направленное на них дуло автомата.
Говорят, что секунда способна вобрать в себя вечность. Если так, то это была именно та самая секунда. Артур понял, что охрана не успеет их прикрыть: двое телохранителей шли на пять шагов впереди, остальные – в пяти шагах позади. Улочка была слишком узкой, по бокам телохранители идти не могли.
И в эту самую секунду, равную вечности, Артур осознал, что сейчас не будет ничего. Они обречены. Смерть смотрела на них холодным мертвым дулом. Перед мысленным взором Артура пронеслась сцена на приеме в Афинах. Он подносит бокал с ядом человеку с лицом Джеймса. Затем сцена на опушке леса: он стреляет в пожилого мужчину, тот падает замертво. А сейчас упадет Джеймс.
С воплем Артур выдернул свою руку из-под руки Джеймса и заслонил его собой. Раздалась автоматная очередь. Юноше обожгло плечо и руку. На него обрушилась тяжелая, свинцовая волна. И он провалился в темноту…
*** Джеймс даже не успел ничего понять. Артур вдруг рванулся и прижался к нему спиной, раздалась автоматная очередь, подскочившие телохранители дернули их куда-то назад. Все это произошло буквально в одну секунду. Звуки стрельбы, плотное кольцо охраны и… Артур. Бледный, с закрытыми глазами, безжизненно повисший на руках телохранителей. А на плече и руке у него расплывались кровавые пятна.
С воплем Джеймс рванулся к нему, но телохранители крепко его держали.
- Сэр! К машине! – раздался голос Бенна – начальника личной охраны Ферренса.
Джеймса потащили к машине. Он оглядывался и видел, что телохранители несут бесчувственного Артура. Или безжизненного? «Господи, мальчик же прикрыл меня своим телом! Без него я был бы мертв», – эти мысли как пули свистели в голове Джеймса.
Он снова рванулся к мальчику.
- Сэр, сейчас не время! Вам нужно сесть в машину.
Джеймса втолкнули в машину, рядом уложили неподвижного Артура, на заднее сиденье уселся Томпсон, на переднее сиденье сел Бенн, который уже звонил куда-то, и машина тут же рванула с места.
- В госпиталь! – заорал Джеймс. – В госпиталь, живо!
- Мы туда и едем, сэр, – отвечал Бенн.
Джеймс склонился над Артуром, прижав руку к его сердцу. Оно билось.
- Он жив! – крикнул Джеймс. – Слава Богу, он жив!
- Сэр, у него раны на плече и левой руке, – сказал сидевший рядом Томпсон. – Не должно быть ничего серьезного.
- Тогда почему он без сознания? Артур! Артур! Очнись!
Джеймс целовал бледное лицо Артура, его губы, пытаясь уловить его дыхание.
- Мальчик мой, мальчик! Очнись, прошу тебя! Очнись, ну пожалуйста!
- Сэр, – сказал Томпсон. – Надо снять с него одежду и перевязать раны.
Осторожно Джеймс снял с Артура простреленную курточку, расстегнул рубашку, на которой выступила кровь, и стянул ее. На белоснежном плече и предплечье юноши были кровавые раны.