Кто люб богам

- О, Господи! – сэр Малькольм обхватил руками голову, как будто пытался впихнуть в неё слишком много фактов, – Предположим, Верити – это и есть миссис Десмонд. Кто тогда правил двуколкой – кто был тот джентльмен, что увёз женщину из Сигнетс-Корт в ночь убийства на кирпичном заводе?

- Клэр, спасающий сестру? Александр, избавляющийся от Верити? Другой человек, укравший женщину за спиной Александра? Кто бы то ни был, он замешан в Убийстве на кирпичном заводе. Я готов спорить на что угодно, если это был не Александр, то Александр знал, что это и что он делал.

- Я не хочу, чтобы ваши подозрения касались Квентина – пока, – с каменным лицом проговорил сэр Малькольм. – Я не готов поверить в его виновность – по крайней мере, на основании тех фактов, что вы собрали.

- Я согласен, что теориями куда богаче, чем фактами. Я сделаю всё, что могу, чтобы исправить это. Я не думаю, что нам нужно сажать Клэра под замок. Он не сбежит.

- Он не трус.

- Он не дурак.

- Почему вы так суровы к нему?

- Отчасти, – задумчиво протянул Джулиан, – потом что я опасаюсь быть слишком мягким. Он вызывает симпатию – и это мне не нравится. Я становлюсь вовлечён, но не знаю, как и почему.

- Но вы доверяете Юджину, хотя против него есть доказательства.

- Я ещё ни разу не ловил Юджина на лжи. Если это случится, я не выкажу к нему милосердия.

Сэр Малькольм махнул рукой, признавая себя побеждённым.

- В любом случае, какое вам до этого дело? Если Юджин или любой другой подозреваемый, разочарует или предаст вас, это ничего не будет значить. Что для вас один человек – другом больше, другом меньше? Но я потерял сына, потерял внука, а от Белинды не осталось ничего, кроме пустой оболочки. Потом появился Квентин, и всё стало выносимым. Лучше, чем выносимым – я был счастлив, как Бог знает когда. Я был рад ему… Он был нужен мне… А теперь вы его отняли.