Дюна. В Нейросети [Книга 2]

Приключения продолжились и в павильоне. Все на меня смотрели с любопытством. Вопросов не задавали, но не нужно было быть психологом, чтобы догадаться, откуда дует ветер, и мне стоило больших трудов сосредоточиться на фотосессии.

Мне звонил Дэвид, Миранда, знакомые девчонки-модели, которые узнали меня на фото, и всех интересовал только один вопрос: “Правда ли, что вы с Иэном вместе?”

В четыре мне позвонил наш юрист, который сказал, что с агентским соглашением все ок, и мне можно его подписывать. Едва я успела дать отбой, как на связь вышла и сама Энджи, и ровно в пять я уже выходила из такси и неслась на студию на кастинг.

Как объяснила агент, на прослушивании мне зададут стандартные вопросы для видеовизитки-интервью, а затем попросят зачитать диалог, текст которого мне вышлет кастинг-директор.

Еще в такси я заучила текст, но из-за всей этой суеты, взглядов, непоняток с Нолоном и волнения перед предстоящим прослушиванием мне было сложно сосредоточиться и настроиться на нужный лад.

В офисе студии приключения продолжились. С трудом отыскав нужное здание и сектор, я влетела в огромную комнату, заполненную молодыми девушками-блондинками. Многих из них я узнавала. Их лица мелькали в кино и в сериалах. И этот факт не вселял уверенности в себе. Однако, не успела я пробежаться еще раз по тексту, как меня вызвали. Пока я проходила через комнату в кабинет, некоторые меня узнали, шушукались, бросали взгляды типа “ну понятно, как она получит эту роль”, и это раздражало до безумия.

Прежде чем открыть дверь, я выдохнула и попыталась успокоиться, однако, увидев за столом пять человек, вновь разволновалась, как перед гос. экзаменом.

Сев на стул перед камерой, я ответила на стандартные вопросы, затем поучаствовала в диалоге с кастинг-директором, где должна была сыграть ссору и примирение, и уже совсем скоро была свободна.

Приехав домой на такси, я с облегчением увидела, что у парадной было пусто. Однако, ни о каком походе в спортзал речи быть не могло. Во-первых, звонки продолжались, и я была рада, что моя семья находилась в России и была далека от всех светских таблоидов, а во-вторых, я не на шутку переживала из-за Нолона.

Состояние подвешенности и неопределенности угнетало гораздо больше, чем сами папарацци и любопытные взгляды. Но в девять, когда я уже решила, что Андерсон со мной порвал, мой сотовый дал о себе знать, и на экране высветилось имя “Нолон”.

— Привет, — произнес он, и, несмотря на то, что где-то фоном в трубке слышались голоса и музыка, я была рада этому спокойному тихому тону.

— Привет, — эхом отозвалась я и замолчала. Все, что хотела сказать, уже было сказано.

— Не напрягайся. Все нормально, — произнес он, видимо считав мое состояние.

— Я очень переживала, что ты поймешь эти фото неправильно, — нервно усмехнулась я и облегченно выдохнула.