Россия и Франция. От Петра Великого до Ленина

Отношения с Францией тем более ухудшились, что французской позиции диаметрально противоречила позиция Пруссии, и Бисмарк оказал России безусловную поддержку. Он понимал, какие перспективы открывались для Пруссии благодаря непониманию и напряженности, противопоставившим Париж и Петербург. За три года, с 1859-го по 1862-й, когда он представлял свою страну в Российской империи, у него было достаточно возможностей изучить русскую политику. Он также очень быстро встретился с Горчаковым, установил с ним теплые отношения и в ходе их многочисленных бесед получил полное представление о русских амбициях и тревогах. Он с самого близкого расстояния видел восстановление русской мощи после крымской катастрофы, а также твердость лидеров российской политики, Александра II и Горчакова, которых объединяли общие взгляды на национальные интересы России и средства их защиты. Он осознал преимущества, которые могла извлечь Пруссия из доброжелательного отношения к России. Нейтральная Россия в будущем позволит Пруссии играть преобладающую роль в Европе.

На Востоке он решил вступить в противостояние с Австрией, чтобы оставить там необходимую России свободу действий, в которой Европа ей отказывала. По поводу польского вопроса он считал, как и Горчаков, что восстановление постоянно волнующейся Польши противоречит интересам как Пруссии, так и России. К тому же в ходе польского восстания он показал России, что поддержка Пруссии идет дальше словесных обещаний. 8 февраля 1863 года в Петербурге подписана русско-прусская конвенция, гарантирующая России в случае необходимости помощь прусских войск. Эта конвенция так и не нашла применения, успехи русских сделали ее бесполезной, но политическое значение она имела огромное. Впоследствии Бисмарк будет утверждать, что поддержка России Пруссией в ходе польского кризиса 1863 года якобы убила франко-русский союз. Он обеспечил Пруссии признательность России – мы увидим это в 1870 году. Польский кризис в очередной раз показал Петербургу всю меру, как выразился Горчаков, «австрийской неблагодарности», что сделало еще более ценной позицию Пруссии. Она принесла России пользу прежде всего в Европе. Без нее, наводя порядок в Польше, Россия оказалась бы в полной изоляции, обвиненная в подавлении национального восстания «варварскими» методами. Перед лицом этого единодушного обвинения со стороны европейских стран поддержка Пруссии была действительно важна. Но Россия должна будет очень скоро заплатить за помощь Берлина. Когда наступит момент выбора между Берлином и Веной при объединении Германии, воспоминания о 1863 годе окажут на этот выбор серьезное влияние.