Сердце волка

Я улыбнулась, представив Грэя лет эдак в тринадцать. Да уж, наверное, это было забавное зрелище. Хотя любой человеческий подросток не блещет красотой. Но оборотни, конечно, прекрасны в любом возрасте.

— У эльфов — и светлых, и тёмных — тоже есть нечто похожее в характере, но твои сородичи возвели подобное поведение в абсолют. Наверное, это связано с вашей звериной сущностью.

— Может быть, — я кивнула. — Я много думала об этом в детстве, Рат, но так и не пришла к однозначному выводу.

— В детстве? А теперь ты об этом не думаешь?

— Нет.

Несколько минут мы шли молча, наблюдая за Эдди, который, пыхтя, забирался на спину хати. Катание на «лошадке» с недавних пор стало любимой игрой мальчика. Элфи был только рад, да и я не возражала.

— Я не знал, что бывают такие оборотни, как ты, Ронни. Извини уж… но ты не похожа на своих сородичей.

Я обернулась к Ратташу и пожала плечами.

— Такая уродилась. Меня в Арронтаре даже жабой прозвали.

— Ты думаешь, я про внешность? — мужчина рассмеялся.

— А про что ещё?

— Ронни, — он вздохнул, — меня в детстве поразило отнюдь не внешнее совершенство оборотней. В конце концов, я у эльфов на подобную красоту насмотрелся, через какое-то время привыкаешь и она перестаёт впечатлять. Дело в другом. Ты тёплая, ты как живой костёр, источник ласкового, неиссякающего света. Честно говоря, я понимаю Грэя…

Ратташ запнулся, и я заметила, что он почему-то сжал кулаки.

— Рат, мне кажется, ты преувеличиваешь.

— Нет, — он покачал головой. — Можешь спросить кого угодно. Хоть Дрейка.