Свод единства. Ломая судьбы. Том 1

— Так поговори с ним. — предложила девушка.

— И он скажет, что будет слушаться моих приказов? Даже, если он так и скажет, что помешает ему поступить иначе? Есть ли в нем честь воина? Готов ли он подчиняться?

— Короче. — перебила его речь Дэзирэ. — Зачем ты меня вызвал?

Ей вовсе не хотелось сейчас выслушивать его длинные речи. Азаниэль задрал подбородок. Творящая усмехнулась. Дерзкий план. Ей нравится.

— Стайрэд, Оррмарин и Дамиан с отделением солдат пойдут с тобой. Из Творящих бери, кого хочешь.

Дэзирэ встала и направилась к выходу.

— Встречаемся внизу у ворот. — бросила она, не оборачиваясь.

С собой Дэзирэ взяла двоих Творящих. Жеместье и Барзэ. Синий и Зеленый. Лучше бы два зеленых, но Тревизо ушла с Максудом, а Мюрай занята по другому поручению. Синий тоже неплохо. Пока девушки собирались, она немного успела перекусить. Горяченькое. Повар знал свое дело. Когда в ее комнату постучали, Дэзирэ отложила в сторону недоеденный завтрак и вышла.

— Ведем себя сдержанно. Никаких цветов без моей команды. Возможно, придется вести себя деликатно. Может, говорить будем не мы. Посмотрим. — ввела в курс дела Творящих Дэзирэ. — Наша цель — заполучить союзников. Если нам надо быть для этого красивыми, мы будем. Если сильными — мы станем. Если надо будет просто постоять в сторонке — мы так и сделаем. Все ясно?

Творящие не спешили отвечать. Рано никто не хотел вставать. Обе закивали, лишний раз протирая глаза. В Северном можно просыпаться намного позже. Творящие еще не привыкли к другому графику, поэтому зевки слышались до самого нижнего рубежа. Солдаты уже ждали их там.

— Кто из вас Дамиан? — спросила Дэзирэ, когда они подошли достаточно близко.

— Я. - ответил воин в доспехах и шлеме.

Такой же, как и все остальные. А ей хотелось знать, как выглядит командир отделения. Ведь, если что-то приключиться, то надо будет отдавать приказы именно ему.

— Ты бы шлем снял. — спокойно предложила ему Творящая.

Дамиан повиновался. Он снял шлем, задрал голову и выпятил подбородок. Дэзирэ постаралась его запомнить. Она прищурилась, сопоставляя в памяти имя и лицо. Не сказав больше и слова, она пошла вперед. Ее Творящие шли позади нее, отставая на один шаг. Где находятся чемпионы, не было ни для кого секретом. С любого рубежа крепости их лагерь видно лучше других. Еще бы! Тысячу солдат не так просто не заметить. Тем более они хорошо окопались. Весь их лагерь они обнесли валом и рвом перед ним. Идти, правда, далековато, ведь чемпионы размещались практически на границе тех самых красных песков, о которых все говорят. Всю дорогу Оррмарин беседовал со Стайрэдом о том, где правильнее расставить солдат при атаке врага, какие участки стены наиболее уязвимы, как лучше организовать смену рубежей обороны при отступлении от стены к стене. Дэзирэ слушала их вполуха. Ее вряд ли коснутся проблемы обычных людей. Куда им там бежать, как лучше организоваться. Это ее обходило. У нее и ее Творящих будут свои задачи. Они должны стать силой, которая будет пробивать путь, устранять прорвавшихся врагов, создавать преимущество на там участке фронта, на котором будет готовиться наступление, наносить точечные смертельные удары по командованию противника, по возможности вдребезги разносить элитные соединения врага, на которые тот будет возлагать большие надежды. Другими словами, у нее будет совсем иное предназначение. И в случае отступления с передовой, они отступят первыми. Она не сомневалась, что Азаниэль спланирует все так, чтобы Творящие не подставлялись под удар вообще. Ведь он понимал, что сейчас ее команда — единственная сила, которая сможет противостоять амалионам снаружи и Максуду с его армией внутри. Да, Азаниэль задумывался на этот счет. И Творящие в его игре являлись козырем. Это делало позицию Дэзирэ еще более устойчивее. И давала ей право на некоторые вольности. Правда, она пока не придумала, какие именно. Но гнета императора здесь и сейчас быть не могло. Поэтому она не планирует слепо подчиняться генералу. Здесь велась не такая война, в которых она участвовала раньше. Сейчас все или ничего. Шансы выжить стремились к нулю. Чтобы это понять, достаточно посмотреть с любой стены в любом направлении. В таких обстоятельствах ей меньше всего хотелось быть мелкой разменной фигурой в чужой игре. С Максудом вступать в конфронтацию ей тоже не хотелось. Вроде бы, обычный человек. Но, внутреннее предчувствие подсказывало ей, что лучше пока быть хорошей для всех. В сражении с таким огромным перевесом в силе у врага, каждый человек на счету. От любого солдата будет зависеть многое.