Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Летне-осенние праздники
- Автор: Гроздова Ирина Николаевна, Токарев Сергей Александрович
- Язык: русский
- Жанр: Культурология
Электронная книга - «Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Летне-осенние праздники». Краткое содержание книги:
Крестьяне верили, что если зажнет человек «с легкой рукой», здоровый, то работа пойдет споро. Никогда не начинала жатву беременная женщина.
Сжав две первые горсти хлеба, жница складывала их крест-накрест. В старину под них клали кусочек хлеба, что было, видимо, пережитком древней жертвы. Уходя с поля домой, крестьяне забирали этот хлеб. В деревнях к западу от Высоко-Мазовецкого в день зажинок крестьяне приносили домой небольшой пучок колосьев — так называемые прозанки (prozanka). Первыми сжатыми колосьями они опоясывались, веря в магическую силу хлеба, которая должна была охранить их от боли в спине. Возвращающихся с поля домой кто-нибудь обливал водой, чтобы «работа шла легко». Вероятно, в обычае этом был когда-то магический смысл, например, вызывания дождя или очищения водой{624}.
Во время жатвы распространенным обычаем было обвязывание перевяслом человека, пришедшего на поле. В старину им был нередко помещик, управляющий-эконом, богатый крестьянин или кто-нибудь из его семьи. «Обвязанный» давал выкуп деньгами за освобождение. С жатвой было связано много поверий. Так, счастье и удачу сулила находка двойного колоска. Девушке эта находка предвещала скорое замужество, парню — женитьбу, замужней женщине — рождение близнецов. Уходя с поля, на недожатом участке нужно было оставлять перекрещенные горсти злаков, прижав их камнем. Верили, что это действо будет способствовать счастливой жатве на следующий день, а жницы не покалечат пальцы серпами{625}.
Во время жатвы выполняли интересный обряд приема парня, впервые косившего хлеба, в товарищество взрослых косцов. Молодой косец — фрыц, или волк (fryc, wilk), должен был показать, как он умеет работать. Для этого его ставили первым, старались помешать ему в косьбе, он же давал выкуп водкой, чтобы не мешали. В конце дня ему надевали «корону», выбранный «маршалек» или «судья» приговаривал его к наказанию ударами соломенного бича за ошибки в работе. После этого парня вели в корчму (или в помещичью усадьбу) под руки старосты или судьи, впереди них скакали на палках так называемые «казаки» в вывернутых наизнанку сукманах. За фрыцем шел маршалек. Участники процессии били косами о косы, «казаки» били бичами девушек и детей, «чтобы их волк (т. е. фрыц) не придушил», при этом кричали, что он уже много съел лошадей и овец.
В корчме парня клали на борону и снова приготовлялись бить. Его могла выкупить девушка, набросив на него платок, затем она должна была угостить всех водкой. Нередко парню устраивали экзамен (он должен был назвать части сельскохозяйственных орудий). «Приказ», в котором молодой косец провозглашается парубком со всеми правами в работе и увеселениях (девушки не должны ему отказывать, когда он приглашает танцевать, и пр.), нередко читали с крыши, располагаясь около печной трубы. Есть сведения, что косцы надевали на парня новую, приобретенную ими рубаху, подчеркивая тем самым, что он принадлежит теперь к их товариществу{626}.
В конце жатвы озимых хлебов справляли дожинки. Они состояли из нескольких частей: 1) земледельского обряда в поле при последних колосьях; 2) процессии с дожинковыми колосьями; 3) вручения дожинковых колосьев хозяину; 4) угощения для работавших и танцев{627}.
В старину дожинки нередко сочетались с соседской помощью тлокой (tłoka). За помощь хозяин угощал соседей.
Когда нужно было снимать последние колосья с поля, делать этого никто не хотел, ибо это вызывало шутки окружающих. Над жницей, сжавшей последнюю горсть, насмехались: «Видите, какая смелая, пемпек (pępek — пупок) сжала»{628}. Во время окончания жатвы хозяйки с дочерьми или постатница с помощью девушек украшали пшипюрку, пшепюрку (przypiórka, przepiórka), кокоску (kokoska) — перепелку, куропатку. Пшепюрку, или кокоску, делали из колосьев озимого хлеба, чаще всего из колосьев пшеницы. Их специально для пшепюрки оставляли где-нибудь у дороги, чтобы было видно всем прохожим. Колосья пшеницы сплетали в три косы, по три пасмы в каждой. Все вокруг очищалось от сорняков, верили, что от этого пшеница будет чистой на следующий год и хорошо уродится. Очистив пшепюрку от сорняков, украшали ее цветами, на земле между ее «косами» постатница клала плоский камень на трех меньших камнях — «ногах». Это был «столик». Его накрывали белой льняной тряпкой — скатертью. На столике клали хлеб, соль, кусочек сыра, огурец, мелкую монету{629}.