Мое чужое сердце

— Так я ещё и виновата? — Его было ничтожно мало, этого наслаждения. Раскатала губу, что это будет длиться как можно дольше после просмотренных эротических фильмов. Но сама прекрасно понимала, что за следующим разом всё будет намного проще и… ярче.

— Как всегда, родная… как всегда, — приподнялся на локтях, всматриваясь в блестящие глаза и перекатился на спину, утащив за собой девушку.

Вот как так бывает: ещё недавно думали, что жизнь полное дерьмо, что нет в ней светлых дней, а сейчас, в конкретный миг, конкретную минуту были самыми счастливыми людьми в мире. Ей не верилось, что можно вот так просто лежать на его груди и слышать громкие удары сердца. Ему — что он всё же заслужил на счастье. А оно реальное, вот же, лежит рядом. Хочешь — потрогай, хочешь — поцелуй. Хочешь — прижми к себе так сильно, буквально до боли.

— Пошли в душ, — предложил после минутного молчания, в котором каждый заглянул в свое сердце, найдя ответы на мучившие вопросы.

— Вместе? — встрепенулась, не представляя, как это будет происходить. Вернее, представляя, но…

— Нет, порознь. Конечно вместе. Или ты думала, что после случившегося мы и дальше продолжим шарахаться друг от друга, коротая ночи на разных этажах?

— Я… — не думала она так, просто не могла объяснить, что в такой момент хотела помыться одна.

Влад приподнялся на локте, нависнув над ней, и безапелляционно заявил:

— … даже не мечтай. Теперь ты от меня не отделаешься. — И в подтверждение своих слов поднял на руки и отнес в ванную. Сам включил воду, намылил ладони, и всё это не разрывая с ней зрительного контакта.

А она терялась под его взглядом, распадалась на тысячи атомов, смущалась. Не знала, как реагировать. Ей было приятно, когда сильные руки обхватили сзади, прижали к широкой груди и боязно, потому что не привыкла ещё к подобной близости.

— Настя-я-я, — ласково протянул, лизнув её шею, — не закрывайся. Я ведь не делаю ничего плохого. Вспомни, как прикасалась ко мне в бане. Помнишь? Я не забыл, — прошелся рукой по груди, ласково погладив тонкую полоску шрама, подразнил сосок и опустился ниже, ненадолго застыв на подрагивающем животе. — Я тогда чуть не сдох от желания прикоснуться к тебе вот так же, как сейчас, и ты не стеснялась своей наготы.

— Ты даже не представляешь, чего мне стоила та храбрость, — непроизвольно вздрогнула, почувствовав его пальцы там, внутри. Поспешила напрячься, но он не дал — заставил откинуть голову на его плечо и податься чуть-чуть вперед, на встречу умелым ласкам. Пальцы осторожно, едва касаясь, раздвинули складки, обласкали пульсирующий клитор, с любовью омыли нежную кожу, не забывая второй рукой придерживать, обхватив за плечи.

Стася была в его сладком плену с приятной истомой во всем теле. Он действительно не делал ничего плохого, всего лишь прикасался так, как она и мечтала в своих фантазиях. Боль отошла на задний план, уступив место жаркой волне.