Тридцать седьмое полнолуние [litres]

Первым захлопал Ноздря, остальные дисциплинированно подхватили.

– Это в честь какого праздника такой хрен с горы? – шепотом поинтересовался Гвоздь.

Из-за кулис показался седой военный в форме без знаков различия, но с орденами и медалями. Левую половину воротника пересекал голубой кант, на плече виднелась нашивка с родовым гербом. Гость остановился рядом с директором и коротко кивнул.

Ник перестал хлопать. Это был тот старик, что сидел в комиссии.

– Когда началась война, юному Георгу только-только исполнилось восемнадцать, и он сразу же ушел на фронт добровольцем – рядовым солдатом. День Победы же встретил в звании капитана. После не раз участвовал в пограничных конфликтах, отстаивая интересы Федерации. Четыре года назад господин Леборовски вышел в отставку и с тех пор принимает активное участие в жизни Сент-Невея. Мы должны быть благодарны, что такой человек согласился выступить у нас. Прошу вас, господин Леборовски.

Ноздря снова зааплодировал, но тут же замер под взглядом отставного полковника. Леборовски вышел на авансцену и внимательно осмотрел зал – ряд за рядом, пропустив только те, где сидели малыши. Ник выпрямился и поднял подбородок, когда ему показалось, что полковник смотрит ему в лицо.

– Я не привык говорить перед детьми. Тем более такими разными. Среди вас есть двадцать человек, которым пожалована «королевская квота». Это дети, чьи родители погибли в первые дни Арефского мятежа. Дети, которые сами попали в госпитали с тяжелыми ранениями.

Еле слышно прошептал Гвоздь:

– Спасибо, напомнил, а то мы забыли.

– Вы знаете, что такое война, – говорил полковник. – Прочие видели ее только по телевизору. Как бы ни старались ваши воспитатели, стереть эту разницу невозможно.

Леборовски прошелся по краю сцены.

– Поэтому предлагаю поступить следующим образом: вы спрашиваете, я отвечаю. Но должен предупредить: к сожалению, я не служил в Арефе, к тому времени уже находился в отставке. Итак, господа, что вас интересует?

В зале зашушукались.

– Господин Леборовски, – высунулся Ноздря. – Вы, как член Городского совета, столько сделавший для нашего города, не могли бы рассказать о перспективах развития Сент-Невея?

Полковник усмехнулся.

– Вы уверены, что именно это волнует ваших воспитанников?

– А дедок ничего, – снова зашептал Гвоздь.

Ник промолчал: гость ему не нравился.

– Среди обывателей принято считать, что наибольший вклад в бюджет вносит туристический бизнес. Однако это всего лишь одна из статей дохода. Сент-Невей давно уже занимает второе место в Федерации по числу высокотехнологических разработок, предназначенных…

След от укола чесался, Ник потер его сквозь рубашку. Все-таки странный был медосмотр.

– Прошлой осенью на Четырнадцатой выставке научных достижений наш Институт стали и сплавов представлял роботизированное оборудование…

Как ни крути, а выходит только два варианта.

Про первый не хотелось даже думать. Ника затошнило, так явственно вспомнилась больница. Если честно – а смысл врать самому себе? – он готов смотреть на психиатров глазами хорошо обученного пса и выполнять все команды. Но поможет ли, если захотят снять «квоту»?