Пес, Ромашка, Обезьянка

Птички пели, ветер шелестел листьями деревьев, где-то орали петухи. Вокруг царила красота и гармония, прямо такая классическая пастораль и вдруг, раздался жуткий грохот. Откуда он взялся, я думаю, пояснять не стоит, это и так очевидно. Моё сердце подпрыгнуло от страха и забилось быстрее, а ноги подкосились.  Мне в голову пришла мысль, что этот не очень умный человек взорвал дом. А потом, как по заказу, с соседского участка показалось облако пыли. Оно медленно летело ко мне, а может и не медленно, но пришло так много мыслей за это время, что в моем понимании облако не торопилось, а потом торжественно село прямо на меня. Я чихнула и поняла, что просто жажду познакомиться с этим недоделанным меломаном.

Я выскочила на улицу и, подбежав к соседской калитке, заколотила в нее ногой. Каюсь, а вернее вообще не каюсь, не смогла сдержаться. В голову пришли слова из мультика “Спокойно, щас вас будут убивать”. Калитка скрипнула и приоткрылась, являя мне мужика с хитрой физиономией и полным бардаком позади него.

—  Доброе утро! - далеко недобро, сверкая глазами, процедила я. Ну, чтобы он сразу оценил масштабы катастрофы.

—  Доброго и, вам, не хворать.

Представляете, он еще шутит тут со мной.

—  Вы не подскажите, как пройти в библиотеку? —   спросила я.

Мужик удивленно захлопал глазами и переспросил:

—  Чего?

—  Значит вы тут не местный, — констатировала я сей факт. Меня от злости аж колотило, поэтому я несла всякую чушь.

—  Ну как сказать… — начал оправдываться этот тип.

—  Значит так! Еще раз ты устроишь тут пьяную вечеринку, я звоню хозяину этого дома и он тебе ни копеечки не заплатит, — очень жестко чеканя каждое слово, проговорила я. Мужика от этого так пробрало, что даже глаза у него на лоб полезли.

—  Так я это… — начал он оправдываться, а я, видя свое моральное преимущество, ткнула ему пальцем в грудь.

—  Он, между прочим, мой жених.

—  Да?! —   пискнул испуганный мужик.

—  И за меня он порвет тебя, понял? — кинулась я на него, как гопники кидаются на свою жертву. Гастарбайтер отпрянул от меня. “Боится, значит, уважает”, — пришла в мою голову приятная мысль.

Тут из-за поворота вывернули раздолбанные Жигули, в которой сидели такие же гастарбайтеры, как и мой собеседник. Мы застыли с ним в воротах, все в той же позе - я с пальцем, который уткнулся ему в грудь, а он с открытым ртом и ужасом в глазах. Мне подумалось, что пора уходить, пока численный перевес не оказался у противника. И я решила уйти красиво, напоследок еще раз тыкнув его пальцем, только уже в живот (ну очень хотелось его кубики потрогать).

—  И чтобы после двадцати двух ноль-ноль никакого шума! — угрожающе прошипела я. Затем гордо развернулась и направилась к своей калитке. Тут моя нога соскользнула в выбоину на дороге, но я быстро выпрямилась и, гордо взглянув на коллег моего “знакомого”, зашла к себе. Думаю, я произвела на всех неизгладимое впечатление.